Новые космические законы — это было бы хорошо

+7 926 604 54 63 address

В космосе человечество представлено так себе: сколько-то автономных спутников, тонны космического мусора, несколько дальних зондов и несколько человек на МКС. Поэтому востребованность какого-то специального космического законодательства не кажется сейчас любому обывателю безусловной: зачем и для кого? Если мы не можем уследить за выполнением законов на Земле, надо ли создавать ещё и какое-то космическое законодательство? На самом деле, не стоит недооценивать «неземное право»: от того, что написано в его статьях, зависит, что происходит сейчас и что будет происходить в ближайшее время в космосе, а значит — внезапно — и на Земле.

Давайте представим: компания Илона Маска (или какого-то другого бизнесмена) добралась до нефти на спутнике Сатурна Титане, и хочет наладить регулярные поставки на Землю. Или — академики открыли, как в промышленном масштабе добывать энергию ядерного синтеза из гелия-3, а Илон Маск вот уже почти закончил технический план доставки этого вещества с Луны. Так вот, условный Маск анонсирует первый полёт за ресурсами и красиво говорит, как инопланетные ископаемые позволят человечеству выжить, когда кончатся земные запасы, как добытые ресурсы позволят сделать мировую экономику эффективнее прямо сейчас, и так далее. Но, кажется, он забыл упомянуть, кому принадлежат эти ресурсы. Наверное, поскромничал. Общественность разделилась на две части: кто-то аплодирует новым технологиям и прогрессу, а кто-то ворчит, например, потому, что «опять эти американцы, всё ведь из-за них…». Да и других причин для недовольства полно. По прошествии времени Маск привозит первую партию абстрактной «космической руды», опять говорит длинную речь про «пользу для всего человечества». Но тут уже не только обыватели заволновались — обеспокоились и уполномоченные лица: кого-то не устраивает, что цена на нефть (или электричество, или что-то ещё) вдруг резко упала; международные организации и «хорошие» страны ратуют за права людей и за справедливость, поэтому их не устраивает, что Маск присвоил космические ресурсы; третьи страны довольны, так как им «перепадёт» на «космической делёжке». Начинается международный диалог, и никто не хочет уступать. А Маск продолжает привозить ископаемые. Государства накладывают эмбарго друг на друга и закрывают космодромы для коммерческого использования. В странах, чья экономика пошатнулась, начинаются общественные волнения. Между тем, кто-то другой тоже прилетает на условный Титан и начинает «копать» на том же месторождении. Маск говорит: «Да это моё месторождение!», — но другая компания уже копает и привозит. Тогда ЕС накладывает санкции на Маска и на вторую компанию (а заодно и на страны, которые им пособничают), и начинаются угрозы мирового уровня: «если вы не прекратите, то…» Прекращать, конечно, никто не хочет. Оставлю читателю домыслить, чем это закончится.

Теперь представим другой сценарий: до того, как Маск отправился в космос за ресурсами, государства согласовали определённые космических стандарты, в частности, регламентировали процедуру добычи космических ископаемых. Маск анонсировал своё намерение — общественность, как и в прошлом варианте, разделилась на две группы. Маск привёз первую партию ресурсов, затем вторую и третью. Из-за налогов, о которых страны договорились, космическое сырьё не приносит ожидаемой выгоды, но её всё-таки достаточно, чтобы продолжать полёты. Деньги с налогов идут на развитие стран «третьего мира». Другая компания прилетела на Титан, но она не может использовать то же месторождение, потому что это запрещено законом, и она рискует попасть под общественную опалу. Она находит другое месторождение. Конечно, и в этом сценарии могут возникнуть конфликты — но мотивации их провоцировать будет меньше, если у условного Маска будет такая прибыль от космической кампании, которой будет невыгодно рисковать. Отсюда вывод — хорошо бы принять новые международные соглашения о космосе в ближайшее время, то есть, как бы, «подстелить соломку».

Космическое пространство и международные законы

Космическое право — это новая отрасль права, которая была создана во второй половине XX века. В разных странах (но не во всех!) есть свои космические законы, и есть общее законодательство, которое регулирует полёты в космос на интернациональном уровне. Сейчас космические законы развиваются в основном на уровне стран, а международное законодательство «простаивает».

Необходимость создания первых «космических законов» возникла после выхода Спутника-1 на орбиту. В 1959 году ООН наскоро сколотила Комитет по использованию космического пространства в мирных целях (Committee on the Peaceful Uses of Outer Space, COPUOS). В 1960-м году был основан Международный институт космического права (International Institute of Space Law, IISL). Примерно в это же время было выделено специальное подразделение — Управление ООН по вопросам космического пространства (United Nations Office for Outer Space Affairs, UNOOSA). COPUOS и сейчас одна из главных площадок по обсуждению вопросов космоса. В комитете состоят 77 стран, включая наиболее активные в этой сфере (Россия, США, Китай, Индия, Япония, Бразилия и Австралия). Именно COPUOS стоит за организацией пяти основных соглашений и договоров по космосу.

«Главный» и самый первый из них — Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела («Договор о космосе») от 1967 года. В нем утверждается, что космос может свободно исследовать любая нация, при этом все операции должны осуществляться на благо человечества и никакая страна не может претендовать на владение космическими объектами. Ядерное оружие и другое оружие массового уничтожения запрещено использовать в космосе. Нации и государства несут ответственность за результаты действий, которые они ведут, а также за действия своих граждан в космосе. Этот договор был подписан большинством стран-участников Комитета и стал своего рода международно-правовым обычаем, которого должны придерживаться не только страны, входящие в Комитет, но любой, кто захочет развернуть внеземную деятельность.

Соглашение о спасении космонавтов (1968) было принято, чтобы дать космонавтам поддержку в экстренных случаях. Оно говорит о том, что в случае крушения или неудачного запуска космического корабля, государства должны немедленно прийти на помощь космонавтам, вне зависимости от их национальности и территории, где случилась авария. Конвенция о международной ответственности за ущерб (1972) была создана на случай, если космический объект, принадлежащий той или иной стране, причинит вред жителям Земли (страна, создавшая объект, должна будет нести ответственность за нанесённый ущерб).

Конвенция о регистрации (1975) была принята для того, чтобы осуществлять учёт отправленных в космос объектов («космический реестр» можно найти по ссылке).

Соглашение о Луне (1979) устанавливает правила пользования космическими объектами. Часть из этих правил совпадает с теми, которые действуют в мировом океане, то есть, в зоне, которая считается объектом всемирного наследия. По сути, это соглашение было попыткой подчинить использование космоса одному законодательству и защитить интересы стран, которые не имеют доступа к космосу. Однако учитывать интересы «стран третьего мира», как оказалось, никому не интересно: соглашение было подписано только 17 странами из 77, и среди этих стран нет «основных игроков».

С 1968 года COPUOS провёл три конференции UNISPACE и на 2018 год запланирована четвёртая конференция, отметят 50 лет со дня первой конференции. Внимание будет сфокусировано на том, как нужно действовать в ситуации, когда увеличивается число наций и негосударственных компаний, осваивающих космос.

Что не так?

В перечисленных документах частные корпорации не упоминаются вообще. Соглашения говорят только о деятельности стран в космосе. Также не существует установленной международной правовой процедуры для освоения космических ресурсов. Есть только прецеденты добычи образцов грунта, но пара тонн нефти, согласитесь, не очень похожа на горстку пыли с Марса. Все это делает амбиции частных компаний по добыче ископаемых, по меньшей мере, проблематичными, и мы рискуем воплотить в жизнь «плохой» сценарий из двух, описанных в начале статьи.

Такая ситуация не устраивает никого. Неудивительно, что страны начали издавать законы, которые «как бы» регулируют деятельность частных лиц в космосе. В 2015-м году США приняли акт о нахождении и эксплуатации космических ресурсов, который позволяет гражданам США присваивать то, что они добыли в космосе. В 2016-м году государство Люксембург приняло подобный закон, разрешающий собственность на добытые ресурсы. Некоторые утверждают, что такие законы могут противоречить «Договору о космосе», если понимать запрет национального присвоения как распространяющийся также на граждан государств и на зарегистрированные в стране компании. Но мировая общественность джентльменски молчит, так как сама не прочь через какое-то время присоединиться к дележу космических ресурсов.

Государственные законы в сфере космоса — это в принципе неплохо. Несмотря на негативный эффект, который присвоение ресурсов будет иметь на неравенство в обществе, они устанавливают хоть какую-то регуляцию. Но не решают проблему в целом. Почему? Ответ лежит на поверхности: из-за того, что законодательства разных стран не согласованы друг с другом. Космос пока не принадлежит никому, поэтому рассогласованность может быть причиной конфликтов.

Узаконить присваивание территорий и ресурсов или запретить?

Ясно, что нужно что-то делать на международном уровне, однако что именно? Над этим сейчас размышляют как публичные интеллектуалы, так и группы исследователей.

Первое мнение по проблеме можно кратко сформулировать следующим образом: «Мы живём в эпоху капиталистической экономики, поэтому космос (ресурсы, земли, объекты) также надо рассматривать как товар. Пока не будет соответствующих поправок в космических законах, будет гораздо меньше стартапов и инвестиций в этой области, будет меньше стимулов для добычи ресурсов, а это в целом — хуже для всего человечества». Так утверждает, например, Рэнд Зимберг (Rand Simberg), эксперт по делам космоса из Мичигана. Институт космических поселений (Space Settlement Institute) идёт дальше в этом направлении — он предлагает «отдавать» территорию, на которой уже существует поселение, тем, кто его организовал. По их логике, это поможет привлечь инвестиции. Подробнее об этом написано в проекте закона «Акт о призе космическим поселениям» (Space Settlement Prize Act).

Согласно другому мнению, которого придерживается, например, Питер Диккенс (Peter Dickens), автор книги Cosmic society: Towards a sociology of the universe (Космическое общество: к социологии вселенной), капиталистическая экономика доказала своё неоднозначное влияние на природу, на личные интересы людей, на многое другое. Не стоит распространять её на космос, учитывая все её недостатки. Можно пойти по альтернативному сценарию — ввести «щадящие» правила пользования космосом, аналогичные таковым в Антарктике и мировом океане. В 2015 году профессор Йохан Дитрих Вёрнер (Johann-Dietrich «Jan» Wörner) озвучил мысль создать «лунную деревню», в которой бы все «жили в мире и согласии»: «Когда мы говорим о строительстве Лунной деревни, мы не планируем застраивать небесное тело небольшими домиками, возводить ратушу и церковь». В его видении, деревня обозначает кооперацию людей без какой-то национальной принадлежности: все живут друг с другом и действуют на общее благо. Суммируя, это мнение звучит так: «Разрешить право собственности на уже добытые ресурсы, но запретить собственность на космические объекты и надеяться на разум и сотрудничество».

На самом деле, оба сценария предлагают действия в рамках капиталистической экономики, так как за введением прав собственности на космические ресурсы прямо сейчас последует увеличение экономического неравенства в обществе. Те нации, у которых есть шанс добывать космические ресурсы, станут ещё богаче, а те, у кого нет — ещё беднее. Из описания «лунной деревни» не ясно, кто будет «жителями» этой лунной деревни, а ведь, скорее всего, ими будут крупные корпорации и национальные государства. Так что план Вернера — это такой же капиталистический проект, только менее радикальный.

«Радикальные космические антикапиталисты» считают, надо оставить космос «в покое», не портить космическую окружающую среду, и использовать его строго в научных целях. Человечество уже пошло по «плохому» пути — космос давно используется в коммерческих целях, а на орбите полно мусора. Может стоит остановиться и всё-таки встать на путь «космического устойчивого развития»? Похожие мысли высказывает Алан Маршалл (Alan Marshall), исследователь социологических аспектов экологии, в статье на The Conversation.

А как действовать, когда мы определимся с «идеологией»?

Когда мы решим, чего мы хотим от космоса, нужно будет заняться скучной бюрократией и прописать наши мысли в соответствующем законодательстве. Однако так ли это скучно? Зависит от того, кто такие «мы». Если мы — это основные космические игроки, и нам удалось договориться о правилах в космосе — это значит, что удача нам улыбнулась, и мы можем ввести интернациональное регулирование космических действий. Франц фон дер Дунк (Frans G. von der Dunk), редактор книги Handbook on Space Law (Справочник по космическому праву), полагает, что это единственное решение проблемы, другие меры не сработают. Но для того, чтобы «мы» договорились, необходима тщательная дипломатическая работа, которая может потребовать значительных временных затрат. В принципе, можно уже сейчас изменить текущие соглашения, но после этого многие страны-участники могут выйти из них.

В какой-то мере справедливо утверждение, что деятельность стран и их граждан в космосе согласована, покуда согласованы национальные законодательства. Поэтому имеет смысл способствовать унификации космических законов на уровне стран. Одна из инициатив в этом направлении — разработка шаблонов космического правового регулирования, которыми могут воспользоваться страны, у которых ещё нет собственных космических законов. Вариант таких шаблонов был разработан научными сотрудниками проектов Project 2001 и Project 2001+, проходивших в университетах Германии. В этих «шаблонных» законах мы, опять же, сможем продвинуть вариант, о котором «мы» (например, коалиция космических игроков) договорились.

Если задача согласования международного космического законодательства окажется совсем нереализуемой, можно понадеяться на судебную систему, грамотно решающую космические споры. Мессиан Гох (Goh, Gérardine Meishan), автор книги Dispute settlement in international space law (Разрешение споров в международном космическом праве) предполагает, что «альтернативное разрешение споров», в частности, система «судов со множеством дверей» (Multi-Door Courthouse), может быть эффективной мерой.

Подводя итог… Многие заинтересованы в освоении космоса, и многие считают, что этот процесс должен быть справедливым и работать на благо всех людей в мире. Пока до этого далеко, но это не значит, что нужно отчаяться и ждать наступления эпохи «корпоративной борьбы за ресурсы». Надо стремиться понять, что стоит за словами «интересы всего мира», и определиться, как сделать так, чтобы от космических ресурсов все человечество получило прибыль. Определившись с этим, нужно продвигать универсальное космическое законодательство. Конечно, обе задачи требуют времени и ресурсов, и не будут решены в одночасье. Поэтому правильнее всего — надеяться на лучшее, а готовиться к худшему.

Литература

Степаненко, А. Петкевич М. 2016 Попытки национального присвоения космического пространства, Международный научный журнал «Инновационная наука». URL: http://cyberleninka.ru/article/n/popytki-natsionalnogo-prisvoeniya-kosmicheskogo-prostranstva-i-nebesnyh-tel.

Dickens, Peter, and James S. Ormrod. Cosmic society: Towards a sociology of the universe. Routledge, 2007.

Galliott, Jai. Commercial space exploration: Ethics, policy and governance. Routledge, 2016.

Goh, Gérardine Meishan. Dispute settlement in international space law. A Multi-Door Courthouse for Outer Space (2007).

Simberg, R. Property Rights in Space. The New Atlantis 2012.

von der Dunk, F. & F. Tronchtti. Handbook of Space Law. Edward Elgar Publishing, 2015.

.
Комментарии