Блокчейн: криптосотрудничество как альтернативный путь развития экономики

Экономика блокчейнов: плохая или хорошая?
Экономика блокчейнов: плохая или хорошая? Рисунок Эльзы Коркиайнен.

Эта статья будет интересна тем, кто ищет равноправного сотрудничества, и тем, кто видит проблемы в текущем состоянии мировой экономики. Я поведу речь о технологии блокчейнов и о её применениях для кооперации и управления организациями. Кроме этого я затрону тему монетарных систем на основе блокчейнов, постараюсь описать противоречия, связанные с ней. Перед описанием применений я постараюсь объяснить суть технологии, её сильные и слабые стороны.

Я узнала о технологии блокчейнов сравнительно недавно. Несмотря на то, что она была запатентована ещё в 2010-м году, на осень прошедшего года, кажется, пришёлся пик публикаций про неё. Почему все вдруг заинтересовались блокчейнами? Или, переформулируя вопрос, почему технология блокчейнов так важна? Её достоинство в том, что она предоставляет основу для создания инновационных подходов в сфере финансов и управления. Среди них — криптовалюты и децентрализованные автономные организации, о которых и пойдёт речь далее. В статье я сначала кратко рассмотрю достоинства криптовалют, затем перейду к описанию того, как функционируют блокчейны. После этого я расскажу про децентрализованные автономные организации, про возможности и ограничения их применения. Последний раздел будет посвящён идеологическим импликациям блокчейнов.

Криптовалюты

Криптовалюта — это валюта, сохранность операций которой обеспечивается шифрованием и которая функционирует независимо от банковской системы. Криптовалюты обладают следующими достоинствами по сравнению с «обычными» валютами.

1. Сокращение затрат на проведение финансовых транзакций

Уменьшение затрат происходит благодаря тому, что в монетарных системах на базе блокчейнов нет необходимости в доверенном лице, которое бы подтверждало достоверность транзакции. Последняя достигается тем, что каждый участник системы имеет полную информацию о других участниках. Такую систему практически невозможно обмануть, её надёжность обеспечивается сложными математическими алгоритмами, криптографией и хешированием. Первая валюта, функционирующая по данному принципу, появилась ещё в 2009 году и называлась «биткоин». Сейчас кроме биткоина существует ряд других криптовалют.

2. Устойчивость к атакам

У криптовалют нет центральной точки уязвимости. Обычными валютами оперируют банки, их серверы с информацией об аккаунтах клиентов могут быть атакованы. Криптовалюта в этом смысле более сохранна, так как информация обо всех транзакциях хранится у каждого пользователя системы, её нельзя просто так удалить или изменить.

3. Меньше возможностей контролировать извне

Третья особенность связана с тем, что функционирование системы обеспечивается самими её участниками: они предоставляют программные мощности в обмен на «жетоны» — плату, которая осуществляется в криптовалюте. Это значит, что система контролируется только её участниками, а не банком, и поэтому никакой государственный указ не может «свернуть» систему.

4. На базе криптовалюты можно построить децентрализованную автономную организацию

Если дополнить криптовалюту набором правил управления организацией, представленных в виде программного кода, можно реализовать идею создания децентрализованной автономной организации (ДАО, англ. decentralized autonomous organization, DAO), в которой все решения принимаются коллективно и все активы распределены согласно вкладу в работу компании (ниже в статье я приведу более детальное описание DAO).

Описание технологии блокчейнов

В чем же, собственно, технология? Есть набор узлов, организованных в пир-ту-пир (англ. peer-to-peer, P2P — равный к равному) сеть (узлы обмениваются пакетами напрямую, без посредничества сервера, как в торрентах). На каждом узле хранится список всех транзакций, совершённых за всё время существования сети. Эти транзакции организованы в списки (200—300 транзакций), называемые блоками. Блоки транзакций связаны в цепочку: в каждом блоке содержится ссылка на предыдущий блок. Такая цепочка блоков хранится на каждом узле в сети. При этом для всех узлов должно выполняться требование согласованности, а именно цепочка блоков транзакций, хранимая на узлах, должна быть для всех одинаковой. По-простому, для того, чтобы система функционировала, все должны располагать одной и той же историей операций, так как она является единственным источником информации о том, каким количеством валюты обладает каждый узел. Если бы история разнилась, то было бы невозможно сказать, сколько денег сейчас у того или иного человека, и вся бухгалтерия бы развалилась, как карточный домик. О том, как эта согласованность достигается, будет рассказано далее.

Рис. 1.1 Структура узла блокчейна: на каждом узле хранится цепочка блоков транзакций, одинаковая для всех узлов
Рис. 1.1 Структура узла блокчейна: на каждом узле хранится цепочка блоков транзакций, одинаковая для всех узлов.

Безопасность данных

Шифрование транзакций происходит по принципу открытого ключа. Схема выглядит следующим образом: каждый узел имеет открытый и закрытый ключ. При этом с помощью закрытого ключа можно зашифровать транзакцию таким образом, что остальные пользователи с помощью открытого ключа смогут её прочитать, но не смогут её изменить. У каждого узла в сети есть открытые ключи всех остальных узлов и только свой закрытый ключ. Согласно этой схеме, оповещая сеть о том, что я передал жетон другому клиенту, я шифрую это оповещение с помощью закрытого ключа, кладу его в список транзакций и отправляю всем остальным узлам. При этом я могу быть уверен, что моё сообщение никто не может изменить.

Решение проблемы двойной покупки

Важно понимать, что биткоинов как таковых не существует, есть только список транзакций. У них нет ни физической, ни электронной сущности, есть только «книга бухучёта» и сообщения о передаче денег. Поэтому можно ожидать, что найдётся злоумышленник, который захочет купить товар, но скрыть эту покупку от остальной сети, и потом купить ещё один товар.

Чтобы понять, как эту проблему решили разработчики биткоина, посмотрим на то, как происходит верификация транзакций, благодаря которой история транзакций на всех узлах остаётся согласованной. Начнём с того, что не все узлы одинаковые — есть узлы, которые просто перенаправляют оповещения по всем возможным путям, а есть узлы, оснащённые большими процессорными мощностями, которые верифицируют транзакции. Такие узлы, которые обычно называют «майнерами» (в переводе на русский  — «добытчики»), собирают входящие транзакции в блок и решают определённую трудоёмкую математическую задачу с использованием хешированных транзакций. Первый из майнеров, который решил эту задачу, получает новый биткоин, и распространяет верифицированную цепочку блоков транзакций по всей сети. Узлы в сети сохраняют эту цепочку у себя.

Рис. 2.1 Узел №1 (Отправитель) оповещает всю сеть о том, что он отправил деньги узлу №2 (Получателю).
Рис. 2.1 Узел №1 (Отправитель) оповещает всю сеть о том, что он отправил деньги узлу №2 (Получателю). На его сообщение реагируют только узлы-майнеры, то есть №3 и №4.

Рис. 2.2 Майнеры обрабатывают транзакцию и встраивают её в новый блок
Рис. 2.2 Майнеры обрабатывают транзакцию и встраивают её в новый блок.
Рис. 2.3 Узел №3 решил задачу раньше всех, он распространяет верифицированную цепочку по всей сети
Рис. 2.3 Узел №3 решил задачу раньше всех, он распространяет верифицированную цепочку по всей сети.
Рис. 2.4 Узлы три и четыре решили задачу почти одновременно. По закону блокчейнов, однако, приоритет должен получить тот узел, который решил задачу первым. Однако отметка о времени может быть легко программно подделана. Есть другая возможность выяснить, кто был первым. Представим, что участок между узлом №2 и №3 содержит блокчейн-сеть с майнерами, как и участок между узлом №4 и №2. Разные версии верифицированной цепочки, в процессе прохождения через промежуточную сеть, будут «обрастать» новыми блоками.
Рис. 2.4 Узлы три и четыре решили задачу почти одновременно. По закону блокчейнов, однако, приоритет должен получить тот узел, который решил задачу первым. Однако отметка о времени может быть легко программно подделана. Есть другая возможность выяснить, кто был первым. Представим, что участок между узлом №2 и №3 содержит блокчейн-сеть с майнерами, как и участок между узлом №4 и №2. Разные версии верифицированной цепочки, в процессе прохождения через промежуточную сеть, будут «обрастать» новыми блоками.

Рис. 2.5 Когда альтернативные версии цепочки блоков придут на узел №2, цепочка блоков, в которой есть блок, обработанный узлом №3, будет длиннее, так как она была обработана раньше и больше майнеров работали именно с ней.
Рис. 2.5 Когда альтернативные версии цепочки блоков придут на узел №2, цепочка блоков, в которой есть блок, обработанный узлом №3, будет длиннее, так как она была обработана раньше и больше майнеров работали именно с ней. Таким образом, узел №2 автоматически выберет цепочку, в которой больше блоков.

Вернёмся к проблеме «двойной покупки». Допустим, у нас есть злонамеренный майнер, который потратил 300 BTC на покупку новой машины, но хочет, чтобы эта транзакция не была зарегистрирована в блокчейне (чтобы потом купить ещё одну машину). Покупка в блокчейн-сети осуществляется с помощью оповещения узлов, поэтому наш майнер отправляет сообщение «покупаю у дяди Васи машину за 300 BTC». Однако чтобы обмануть систему, он тут же начинает обрабатывать блок транзакций, не включающий покупку машины. К сожалению (или к счастью), у него ничего не получится. Почему? Дело в том, что его покупка была обработана другими майнерами и упакована в блок раньше, чем он сам смог это сделать. Система потратит некоторое время, чтобы обнаружить конфликт (для этого у двух соседних узлов должны быть несовпадающие данные, как в предыдущем примере). В таком случае узел, у которого цепочка блоков транзакций короче, чем у соседнего, отказывается от неё и берет более длинную, и так пока сеть не станет полностью согласованной. Из-за того что блок, в котором находится покупка машины, будет обработан раньше, он будет находиться в более длинной цепочке, чем блок без покупки. Соответственно, он вытеснит все блоки, не содержащие покупку, и согласованность сети восстановится.

Рис. 3 Разрешение конфликта с двойной покупкой
Рис. 3 Разрешение конфликта с двойной покупкой.

Проблемы технологии блокчейнов

1. Проблема 51-го процента

Как и у любой технологии, у блокчейнов есть определённый набор уязвимостей. Первая такая уязвимость — это так называемая проблема 51-го процента. Она связана с верификацией, описанной в предыдущем параграфе. Её суть заключается в том, что если один из майнеров обладает более чем 51-м процентом операционных мощностей системы, то он может обработать двойную покупку раньше, чем остальные узлы узнают, что его деньги были потрачены. Эта атака может быть опасна для маленьких сетей. Чем больше сеть, тем сложнее одному пользователю аккумулировать более 51% мощностей. В сети биткоин это практически невозможно.

2. Проблема развёртываемости

Это мы поговорили про незначительную проблему, теперь перейдём к более значительным, оптимальное решение которых ещё не найдено. Первая такая проблема — это проблема чрезмерного траффика в сети (проблема развёртываемости). Так как каждый узел передаёт сообщения всем соседям, и эти соседи, в свою очередь, передают это сообщение всем своим соседям, объём передаваемой информации в сети увеличивается на каждом шаге. Поэтому с ростом сети будет расти и траффик в сети, а с ростом траффика будет расти время на совершение транзакции, достигая такого значения, при котором пользоваться сетью станет невозможно. У этой проблемы в данный момент существует несколько решений. Каждое решение подходит для определённого использования блокчейнов, однако не существует одного универсального решения.

3. Проблема открытости/закрытости данных

Другая проблема — это проблема открытости/закрытости данных о транзакциях, другими словами, проблема приватности. В описанной выше версии блокчейна любой узел знает о транзакциях каждого узла в сети. Таким образом, фактически, можно заглянуть в кошелёк потенциального покупателя и узнать о его платёжеспособности. Не всем это удобно, поэтому недавно появились версии «закрытого» блокчейна. Однако таким цепочкам труднее выполнять требование «прозрачности» транзакций, которое является необходимым условием функционирования системы.

DAO-системы и крипто-управление

Рассказав про функционирование базовых блокчейн-систем, перейду к тому, что, на мой взгляд, является наиболее интересным и перспективным, а именно к децентрализованным автономным организациям (decentralized autonomous organization, DAO) на базе блокчейнов и криптовалют. DAO-организация — это модель управления фирмой на основе блокчейнов. Такие DAO-организации не имеют главных акционеров, которые могут диктовать правила игры, каждое решение принимаются коллективно. Все активы принадлежат всем участникам, пропорционально их участию в выполнении задач. Финансовые операции внутри компании осуществляются с помощью собственной блокчейн-валюты. В частности, «зарплату» участники также получают в этой криптовалюте. Другой важной особенностью является то, что оплата за любую работу не является фиксированной и определяется другими участниками системы. Инвестирование в таких организациях осуществляется с помощью краудсорсинга, при этом инвестиции поступают в форме обещаний выполнить те или иные действия.

Какие можно себе представить децентрализованные автономные организации? Да, в общем, любые. Как я писала выше, это могут быть системы, повторяющие функциональность Airbnb (платформа для предоставления жилья за определённую плату) или Uber (аналогичная система предоставления услуг такси). Водитель и пассажир, будучи участниками системы учёта поездок на базе блокчейна, могли бы осуществить сделку без обращения к серверу, осуществляющему перевод денег и забирающему определённый процент от суммы. Среди организаций, функционирующих по принципу DAO Dash, можно назвать The DAO и Digix.io.

Реализация DAO-систем построена на модифицированном блокчейне. Эту модификацию предложил в 2013-м году канадский программист Виталик Бутерин. Его идея состояла в том, чтобы помимо крипто-денег передавать в сети «правила игры». Эта модификация позволила осуществлять не только валютные операции, но и любые другие. Такие правила игры стали называться смарт-контрактами, а технология, реализованная в 2015-м году, получила название Ethereum («Эфириум»).

Смарт-контракты — основа DAO

Перейдём к деталям. Смарт-контракт (умный контракт) представляет собой программный код соглашения, написанный на языке Solidity (в случае платформы Ethereum, другие среды используют другие языки) и определяющий набор условий, выполнение которых влечёт за собой некоторые последствия в реальном или цифровом мире. Говоря простым языком, он определяет, как и по какому поводу узлы будут взаимодействовать друг с другом. Для осуществления передачи стоимости в смарт-контракте используется криптовалюта. Код умного контракта хранится на каждом узле сети, так что все «играют» по одним и тем же правилам. Например, можно написать следующий контракт: «отправить Васе поздравительную открытку на день рождения» или «если Васе понравилась открытка, добавить Пете авторитета по вопросу поздравительных открыток и оповестить об этом следующих пользователей». Solidity имеет полную функциональность языка программирования, однако у него есть определённые особенности на уровне исполнения и обслуживания. Первая такая особенность — из-за того, что контракты выполняются на блокчейне, их невозможность цензурировать. Нет централизованного авторитета, который мог бы поменять ПО: любые изменения в программном коде достигаются с помощью консенсуса. Другая особенность заключается в том, что контракты исполняются строго согласно спецификации, никто не может вмешаться в их исполнение.

Следует отметить один важный недостаток смарт-контрактов типа Ethereum. Из-за того, что код хранится на каждом узле, узел-злоумышленник может обнаружить в коде слабые места и использовать их для того, чтобы обмануть систему. Так, летом 2015-го года The DAO, платформа для децентрализованного инвестирования на базе Ethereum, подверглась атаке и чуть было не лишилась крупной суммы денег.

Поскольку умный контракт должен быть автоисполняемым и полностью исключать человеческий фактор, он может существовать только внутри среды, имеющей беспрепятственный доступ исполняемого кода к объектам умного контракта. В силу этого ограничения умные контракты в настоящее время имеют задачу формализации наиболее простых взаимоотношений, состоящих из небольшого количества условий.

Backfeed — универсальный протокол для DAO

Идея Backfeed в том, чтобы использовать блокчейны для коллективного самоуправления. Рисунок Эльзы Коркиайнен
Идея Backfeed в том, чтобы использовать блокчейны для коллективного самоуправления. Рисунок Эльзы Коркиайнен.

Так что насчёт децентрализованных организаций? Как с помощью смарт-контрактов заставить людей сотрудничать вместо того, чтобы конкурировать? Попробую ответить на эти вопросы, опираясь на протокол Backfeed. Идея Backfeed в том, чтобы использовать блокчейны для «коллективного самоуправления». Протокол предоставляет функцию голосования, учитывает различные варианты развития событий и определяет в разных случаях разное поведение пользователей, которое приводит к наиболее эффективной коллаборации. Следует заметить, что идея системы управления с помощью цифровых технологий не нова — концепция Governance as a Service существовала и раньше. Однако в этой статье я бы хотела сосредоточиться на протоколе Backfeed, так как он предоставляет оригинальное решение для коллективного самоуправления с помощью блокчейн.

Особенности реализации:

1. Авторитет

Как устроен Backfeed? Как и в обычном блокчейне, узлы имеют определённое количество «жетонов» (криптоденег). Кроме жетонов, у узлов есть определённый авторитет. Жетоны используются для экономических транзакций, а авторитет имеет значение в процессе принятия решений. Узел с бо́льшим авторитетом будет иметь бо́льший вес в «голосовании» по тому или иному вопросу. Как подсчитывается авторитет? Каждый раз, когда проводится «голосование», авторитет каждого узла изменяется согласно его соответствию большинству голосов в группе. Например, представим, что Россия — это DAO-система, и у нас выборы. Если я буду голосовать за Путина, как и большинство, мой авторитет увеличится, и в последующих выборах мой голос будет весить больше. Если я голосую против Путина, мой авторитет уменьшается, и на следующих выборах мой голос будет весить меньше.

2. Кластеризация

Это звучит ужасно, но на самом деле это не так плохо: с помощью этого механизма пропагандируется кластеризация. Я имею в виду, что участники коллектива, мнение которых меньше всего совпадает с мнением других, имеют высокую мотивацию отделиться от сети и создать свою сеть, в  которой их мнение будет совпадать с мнением большинства. Продолжая аналогию с Россией: допустим, я и мои друзья не голосовали за Путина, и наш авторитет ничтожно мал. Но так как у нас есть возможность отделиться от России и создать новую сущность, получая долю ресурсов от России согласно правилам размежевания, описанным в контракте, в конечном итоге все остаются в выигрыше.

3. Эффективное сотрудничество

Одно из достоинств Backfeed, которое стоит упомянуть, — это возможность эффективного сотрудничества не только внутри DAO-системы, но и между такими системами (к сожалению, эта возможность не была реализована на программном уровне и остаётся на уровне математической модели). В DAO-мире каждая организация представлена кластером узлов, которые автономно работают над принятием решений и имеют свою собственную экономику. Любой такой кластер может быть представлен как узел на более высоком уровне абстракции. Узлы представлены в форме дерева (или ориентированного графа), где отношения между вершинами определяются экономической зависимостью (например, одна организация имеет активы в валюте другой организации).

Скажем, есть два бизнеса, которые работают на третий. Один предоставляет программное обеспечение, а другой — дизайн. Активы этих бизнесов хранятся в валюте бизнеса, который их нанял (напомню, что в DAO-мире у каждой организации есть своя валюта, так устроен блокчейн). Эти бизнесы будут иметь бо́льшую мотивацию к сотрудничеству, чем в «обычной» экономике. Почему? Чем лучше они работают вместе, тем больше доход организации, которая их наняла, тем более ценится её валюта. Но её валюта также влияет и на процветание «дочерних» бизнесов, так как их активы хранятся в валюте «компании-матери».

Текущие ограничения использования

В данный момент использование DAO в «промышленных масштабах» ограничено множеством юридических вопросов: какую систему налогообложения применять к DAO; кто несёт ответственность в случае, если в результате деятельности нанесён ущерб третьему лицу; кто покрывает затраты на медицинскую страховку; как мотивировать участников голосовать каждый раз и т. д. Из-за отсутствия ответа на эти и многие другие вопросы, технология DAO в данный момент применяется в основном в некоммерческих организациях (пример: La`Zooz — система по нахождению попутчиков, аналогичная Uber по функциональности; Charity DAO — децентрализованная система для благотворительных пожертвований). Принятие решений в таких организациях не является критически важным и реализовано на минимальном уровне. Я предполагаю, что время Backfeed как протокола для принятия решений настанет тогда, когда будут решены легальные вопросы относительно использования DAO, а они будут решены только тогда, когда возникнет серьёзная потребность в поиске альтернативной экономики. Несмотря на это, работа над Backfeed, которая началась несколько лет назад, продолжается и сейчас. В настоящий момент Матан Филд (Matan Field), один из разработчиков Backfeed, планирует использовать систему для ведения рабочего процесса в его новом проекте — распределённой поисковой машине.

Нарратив об «альтернативной экономике» и «всеобщем благе»

Понять, как должна функционировать технология — важная и интересная задача. Не менее важная задача — понять её социальные и экономические импликации. Эта задача часто остаётся без внимания, как и в случае с Blockchain. Почему так происходит? Мой ответ на этот вопрос следующий: это происходит из-за фрагментации поля знаний и ангажированности позиций. Под первым я понимаю отсутствие сотрудничества (или взаимное непонимание) представителей технологических и экономических элит. Проиллюстрирую свой тезис на примере смарт-контрактов. Есть два разных понимания смарт-контракта: смарт-контракт как код и смарт-контракт как юридический контракт, представленный в виде программного кода. В то время как смарт-контракт-код является технологией, обеспечивающей определённую функциональность, которая не может вызывать легальных вопросов, смарт-контракт как юридический факт вызывает множество вопросов. Проблема возникает, когда два этих понятия рассматривают как одно и применяют к коду стандарты, предназначенные для юридической документации. Юристы уверены, что смарт-контракты не имеют большого смысла, поэтому и изучать социальные последствия незачем, а программисты уверены, что технология может сформировать социальные последствия. Из-за такой путаницы реальные импликации остаются в стороне.

Второй фактор — это ангажированность многих поклонников технологии. Так, многие либертарианцы видят в блокчейне возможность построения рынка, который будет неподконтролен государству, им выгодно преподносить его как «волшебную палочку», которая изменит «прогнившую», коррумпированную экономику на «правильную» и «хорошую». Некоторые даже говорят о последующем отмирании государства как ненужного инструмента (действительно, зачем государство, если ему никто не подконтролен?) или замене государства блокчейн-системой, которая будет править «непредвзято» и «справедливо». Эта картина настолько идеальна, что любой вопрос о деталях может её разрушить. Оспаривая эту позицию, можно спросить: если эта технология — революционная, уменьшит ли она количество бедности и неравенства в мире? Или — как с её помощью решать проблемы климата и вопросы поддержания жизнеспособности мира (sustainability)?

Ещё одна критика такого либертарного нарратива — это критика революционности технологии. Помните, в самом начале я говорила, что основное достоинство блокчейна — это отсутствие потребности в доверенном лице, которое бы подтверждало транзакцию? Некоторые утверждают однако, что эта потребность сохраняется и при использовании блокчейнов. Главный аргумент критики заключается в том, что блокчейн фиксирует только конечную транзакцию, то есть, перевод денег в обмен на товар. Однако это только часть транзакции, есть ещё процессы, сопутствующие самой покупке, например экспертиза качества, оценка надёжности партнёра. Так, перед тем, как покупать что-то, вы наверно захотите посмотреть на предмет, удостовериться в его функциональности, пишет Ф. Коппола в статье для журнала Форбс. Продавец также может захотеть удостовериться в том, что покупатель действительно заплатит ему деньги перед тем, как он передаст товар. В отличие от блокчейнов, банковская система решает эти проблемы: она страхует продавца от невыплаты, а покупателя — от неполучения товара. Таким образом проблема доверия не решена, и технология блокчейнов — не такая революционная, как её описывают, утверждает Коппола.

Однако блокчейны — это не только криптовалюты и пропагандирующие их сторонники свободного рынка. Как мы видели, кроме криптовалют есть ещё много различных применений блокчейнов, например, DAO. В то время как свободный блокчейн-рынок в либертарном изводе может спровоцировать ещё большую эксплуатацию ресурсов в странах третьего мира и ещё больший аутсорсинг, коллаборация на базе блокчейнов может служить интересам левых активистов, экозащитников и других низовых организаций. Организаторы Backfeed утверждают, что DAO могут позволить приблизиться к меритократической модели управления, а именно, позволить людям заниматься тем, в чем они действительно хороши, — и с помощью равноправного взаимодействия людей с навыками в разных областях получить результаты, лучшие, чем те, которые дают другие типы управления. Другими словами — у медали есть две стороны.

Подводя итог, в настоящий момент нельзя сказать, чем обернётся широкое использование блокчейн-систем. Однако нельзя отрицать, что эта технология быстро набирает обороты, и возможно в скором времени мы все будем пользователями блокчейн-кошельков. Если она действительно займёт определённую нишу в мировой экономике, придётся задаться вопросом — может быть, регуляция извне и централизация — это не так плохо?


Автор — Александра Алексеева.