Климатологи по-прежнему расходятся в прогнозах: одни уверены, что нас ждёт глобальное потепление, повышение уровня Мирового океана и новый всемирный потоп, другие обещают: будет очень холодно.
Впрочем, и те, и другие убеждены: океаны сыграют в процессе глобального изменения климата не последнюю роль.
«Теория всемирного потопа», в общем-то, более популярна. Месяца полтора назад новостные ленты заполнили пугающие сообщения: уровень Мирового океана сегодня растёт на четверть быстрее, чем предполагалось. Уже через полсотни лет под воду уйдут восточное побережье США (прощай, Флорида), север Канады и заодно — побережье Латинской Америки. Плохие новости для австралийцев: континент затопит не то чтобы весь, но уж значительную часть — точно. Про небольшие островные государства и говорить не приходится — они просто перестанут существовать. Глобальная катастрофа приведёт к появлению 150 миллионов климатических беженцев, и нынешние европейские проблемы с бегущими от войны в Сирии покажутся сущей ерундой. Одним словом, прежней наша планета уже не будет.
Всё это может показаться очередной журналистской «уткой», если бы объективные данные исследований не свидетельствовали: в течение последних ста с лишним лет уровень океана увеличился на 17 см и повышается все быстрее.
Согласно некоторым прогнозам, до конца нынешнего века уровень океана может повыситься на величину от полуметра до двух. Существуют и более пугающие сценарии, в соответствии с которыми показатель увеличится на пять метров.
«Эти пять метров подъёма океана должны быть очень серьёзным сигналом к тому, что на самом деле огромное количество низменных территорий, где проживает большая часть населения планеты, окажутся в зоне затопления. Можно сказать, что Восточное побережье США, к сожалению, по результатам такого моделирования полностью окажется в зоне затопления», — утверждает заведующая лабораторией геоэкологии и устойчивого природопользования МГИМО Наталья Рязанова.
Сторонники «теории всемирного потопа» расходятся только лишь в датах: наиболее пессимистически настроенные климатологи обещают океанско-климатический Армагеддон уже лет через тридцать. Так, по прогнозам Союза обеспокоенных учёных (Union of Concerned Scientists, UCS), Вашингтон и Аннаполис к 2045 году будут переживать до 400 наводнений в год. «Восточному побережью США и побережью Мексиканского залива угрожают неуклонное повышение уровня моря и наводнения во время приливов в течение ближайших 30 лет», — предполагают в Union of Concerned Scientists, ссылаясь на данные наблюдений NOAA.
Причиной потепления, таяния льдов и — как следствие — повышения уровня Мирового океана большинство учёных считает парниковый эффект, вызванный выбросами углекислого газа в атмосферу.
Сегодня данные метеорологических наблюдений свидетельствуют: с начала прошлого века средняя температура воздуха выросла на 0,74 °C. Согласно одному из сценариев, уже через пять лет средняя атмосферная температура поднимется более чем на 1,5 °C по сравнению с 1960 годом.
![Три модели отличаются друг от друга конкретными цифрами, но демонстрируют одну и ту же тенденцию: Землю ждёт потепление](https://22century.ru/wp-content/uploads/2015/09/ts.gif)
Греется и поверхность Атлантического океана: в отдельных областях аномальное повышение температуры достигает 1,2 °C.
Первые модельные оценки влияния выброса диоксида углерода появились ещё в 60-х годах прошлого века.
![Обсерватория Мауна-Лоа](https://22century.ru/wp-content/uploads/2015/09/maunaloa-1140x758.jpg)
Учёным, обратившим внимание общества на увеличение концентрации углекислого газа в атмосфере, стал американец Чарльз Киллинг. Считается, что именно результаты его наблюдений легли в основу теории парникового эффекта как основного фактора глобального потепления. О парниковом эффекте как таковом известно давно: механизм его образования был изложен 1827 году Жозефом Фурье в «Записке о температурах земного шара и других планет». Однако Фурье лишь констатировал факт, не связывая парниковый эффект с деятельностью человека.
В целом, общепринятую теперь точку зрения выразили в декабре 2003 года в статье, опубликованной в Science, американские исследователи Томас Карл из National Climatic Data Center и Кевин Тренберт из National Center for Atmospheric Research. По их мнению, «в современных изменениях климата доминирует влияние деятельности человека в такой большой степени, что изменения выходят за естественные рамки».
По их прогнозам, парниковый эффект с вероятностью 90% приведёт к увеличению температуры от 1,72 °C до 4,95 °C до конца нынешнего столетия. Правда, они признают, что в этих прогнозах есть достаточная доля неопределённости.
Есть у теории глобального потепления и противники.
Не отрицая того, что климат становится более тёплым, скептики сомневаются, что это приведёт к таким катастрофическим последствиям, как резкое повышение уровня Мирового океана и уж, тем более, не верят апокалиптическим мантрам в стиле «скоро мы все утонем». Синоптики сегодня в состоянии предсказать погоду максимум на неделю, говорят скептики, о каких долгосрочных прогнозах вообще может идти речь? И хотя подобные аргументы выглядят скорее эмоциональными, чем логичными, у противников в запасе и другие доводы. Они убеждены, что делать прогнозы, исходя из одной переменной — увеличения концентрации углекислого газа — подход достаточно поверхностный. На изменения климата в ту или иную сторону влияет и солнечная активность, например. С учётом, как минимум, ещё одного фактора изменения перестают носить линейный характер.
К слову сказать, в апреле 2004 года был опубликован доклад «Стратегия национальной безопасности США в случае резкого изменения климата», в котором утверждалось: из-за таяния ледников уже после 2010 года Голландия и Калифорния могут оказаться под водой. Не сбылось.
К тому же, история нашей цивилизации знает, как минимум, два примера достаточно серьёзного потепления. И ничего — никто не утонул.
Первый носит название Римского климатического оптимума, когда (с начала правления Октавиана до, примерно, 400 г. н. э.) климат Европы потеплел на 1—2 °C. В течение Средневекового тёплого периода в северном полушарии (X—XIII вв.) особенно смягчился климат в Гренландии: тогда там и появились первые скандинавские поселения.
В 2007 году на британском телевидении был показан документальный фильм «История одного обмана, или Глобальное потепление» (The Great Global Warming Swindle). В его создании принимали участие один из основателей «Гринпис» Патрик Мур, первый руководитель Национальной метеорологической службы (National Weather Service, NWS) Фред Зингер и другие известные люди. Все они в той или иной степени отрицали общепринятую теорию.
Масла в огонь подлил скандал, названный в СМИ «Климатгейтом». В ноябре 2009 года неизвестные взломали сервер Группы по климатическим исследованиям (CRU) университета Восточной Англии и выложили в интернет переписку экспертов. Противники теории глобального потепления тут же принялись искать подтверждение своих оценок и, конечно же, нашли. Всё тот же Кевин Тренберт в одном из писем написал: «Это факт, что мы не можем объяснить отсутствие потепления в настоящий момент, и это совершенно карикатурно… Наша система наблюдений неадекватна». Достаточно было и других примеров, которые позволяли несколько усомниться в объективности исследований CRU.
Скандал довольно быстро замяли, но ряды сомневающихся пополнились.
«Сейчас во всех грехах винят углекислый газ, который якобы вызывает парниковый эффект. А точнее, человека, который многократно увеличил выбросы в атмосферу этого газа. Так вот: исследования в Антарктиде слоёв льда, накопившегося за миллионы лет, дали любопытные данные. Оказалось, что в далёкий каменноугольный период концентрация этого газа в атмосфере доходила до 6000 молекул на миллион молекул воздуха. Климат в ту далёкую эпоху был на 10—12 градусов теплее, чем в наше время. Однако никакой глобальной климатической или экологической катастрофы не произошло. Наоборот, природа буйно развивалась, и оставила нам огромные запасы углеводородного сырья — каменного угля и нефти», — уверен академик РАН Юрий Израэль.
В то же время часть исследователей приходит к выводам, которые кажутся парадоксальными: таяние северных льдов может привести к похолоданию в Европе. Климат в Британии станет похож на канадский, печально заключала ещё в 2005 году газета The Scotsman.
Сокращение площади льдов Исландии и Гренландии может изменить циркуляцию тёплой и холодной воды в океане, считают исследователи из канадского университета Торонто Миссиссога (UTM).
Погода в Европе определяется Гольфстримом. Таяние льдов может привести к его ослаблению и охлаждению.
![Гольфстрим и его продолжение — Северо-Атлантическое течение. / Фото — British Society for Geomorphology](https://22century.ru/wp-content/uploads/2015/09/gulf.gif)
«Мы живём в эпоху заканчивающегося межледниковья и закономерно вкатываемся в период „великого похолодания“», — уверяет доктор геолого-минералогических наук Владимир Полеванов.
«Последний раз Гольфстрим, а вместе с ним и его Северо-Атлантический «собрат» переставали выполнять свои функции по обогреву Европы где-то 12 тысяч лет назад. Тогда средняя температура в Европе оказалась меньше на целых 10 градусов. Это так называемый период дриасового похолодания, который предшествовал современной эпохе голоцена. Предыдущая холодная эпоха плейстоцена уже подходила к концу — температура неотвратимо росла, причём прирост был чрезвычайно интенсивным. И вдруг 13 тысяч лет назад температура начала резко снижаться и достигла своего минимума примерно 12 тысяч лет назад», — рассказал в интервью порталу gismeteo.ru доктор географических наук заведующий кафедрой метеорологии и климатологии географического факультета МГУ профессор Александр Кислов.
По мнению Александра Кислова, повышение температуры воды Мирового океана, бурное таяние ледяных щитов и, как следствие, уменьшение солёности океанской воды может вызвать сбой в «работе» Гольфстрима. «Вода не сможет «тонуть» у берегов Гренландии, а исходя из принципа сохранения массы, новые порции воды просто не смогут поступать туда, где и так полно воды! Из-за этого Северо-Атлантическое течение ослабнет, и, возможно, в дальнейшем перенос тёплых водных масс из тропиков остановится совсем. Все это повлечёт за собой похолодание и в Евразии, и в Америке, и во всем мире», — так объясняет он.
Впрочем, это случится относительно нескоро: как минимум, лет двести у человечества ещё есть.