Лекция Аси Казанцевой о гомеопатии, прочитанная в Орле, в актовом зале корпуса НАУЧПРИБОР госуниверситета УНПК, 2 июня 2015 года. Ася Казанцева — научный журналист, автор книги «Кто бы мог подумать! Как мозг заставляет нас делать глупости» (М.: АСТ, 2014), лауреат премии в области научно-популярной литературы «Просветитель» (2014).

Ася Казанцева. Вот мы только что купили в аптеке два гомеопатических препарата. Первый из этих препаратов — это слабительное, второй из этих препаратов — это снотворное. Сейчас я их приму, превысив рекомендованную дозировку, и посмотрю, помешает ли мне это прочитать вам лекцию или нет.

Слушатель из зала. А можно с вами попробовать для чистоты эксперимента?

Ася Казанцева. Пожалуйста, поднимайтесь.

Вот это у меня слабительное. Рекомендуемая доза — 6 капель. (Ася выпивает гомеопатическое слабительное прямо из горлышка флакона) Я выпила его побольше, чем 6 капель, ваша очередь, раз вы такой смелый. (Слушатель также выпивает гомеопатическое слабительное из горлышка флакона) А вот это у нас гомеопатическое снотворное. Вот снотворное, рекомендуемая доза — чайная ложка. (Ася делает несколько глотков из флакона и передаёт его слушателю-добровольцу) Жуткая гадость. (Слушатель также выпивает снотворное) Вот ещё один смелый человек. Выпил, кажется, ещё больше. Хорошо, вы закрывайте, а мне, пожалуйста, следующий слайд.

Вообще надо сказать, что публично принимать гомеопатию — это довольно модное развлечение, так делают многие люди. Начало, видимо, этой традиции положила американская певица Алекса Рэй Джоэл. У неё была однажды несчастная любовь, она была молода, прекрасна, неудачный опыт в любви — и решила покончить с собой. На этом основании она опустошила свою домашнюю аптечку, съела 15 таблеток обезболивающего, после этого, как ей показалось, почувствовала себя плохо, позвонила в скорую, сказала: «Здравствуйте, я тут наглоталась таблеток, хочу умереть, теперь плохо себя чувствую, мне кажется, что у меня дрожат руки, мне кажется, что у меня выступил пот на лбу, и сделайте что-нибудь». Скорая приехала, отвезла её в больницу, ну а дальше всё развивалось не как обычно: ей даже не стали делать промывание желудка, ей объяснили, что она полностью здорова, отпустили её домой. История умалчивает, каких усилий врачам стоило сохранить серьёзное выражение лица, потому что убить себя Алекса пыталась с помощью гомеопатического обезболивающего. Возможно, если бы она съела хотя бы 1500 таблеток, у неё что-нибудь бы и получилось [1], 30 полных упаковок, но от 15 таблеток гомеопатического обезболивающего никакого эффекта, к сожалению, не будет. И вообще публичный приём гомеопатии — это довольно модная тема. Например, у британских скептиков из сообщества «1023 (Десять в двадцать третьей)» (мы дальше объясним, почему 1023) довольно модно устраивать большие флешмобы, собираться большими группами около английских аптек, торгующих гомеопатией, и принимать сразу по несколько пузырьков гомеопатического снотворного и расходиться после этого спокойно по домам. Ещё это любил делать Джеймс Рэнди. Он это делал в местном выступлении перед американскими сенаторами, когда призывал гомеопатию запретить, но говорит, что «уснули только они от моего выступления, а я сам так и не уснул». Нам нужен следующий слайд.

Что говорят сами гомеопаты по поводу вещей типа той, которую я сейчас перед вами проделала? Современные гомеопаты в лице Паулы Росс, которая возглавляла общество гомеопатии в Великобритании, она в 2010 году как раз после такого очередного флешмоба сказала: «Мы не ожидали такого эффекта от передозировки. Гомеопатическое средство действует только на тех, у кого уже есть соответствующие симптомы». То есть, по её логике, если бы я испытывала проблемы с тем, чтобы уснуть, то гомеопатическое снотворное на меня бы подействовало. А я не испытываю сейчас никаких проблем с тем, чтобы уснуть, потому что я сегодня из-за дороги в Орёл спала три часа, поэтому на меня гомеопатическое снотворное не подействует и, видимо, сделает меня только бодрей. Но на самом деле основатель гомеопатии Самуэль Ганеман был бы с ней не согласен. Самуэль Ганеман писал в своей основной книге «Органон врачебного искусства», что гомеопатическое лекарство всегда вредно, если назначается в большом количестве. Вредное средство увеличивается пропорционально величине приёма. Грубость приёма даже тем вреднее, чем гомеопатичнее лекарство. То есть, по логике Самуэля Ганемана снотворное в сочетании со слабительным должно было на меня бы сейчас сильно подействовать. Я, слава Богу, пока этого не чувствую. Можно нам следующий слайд?

Самуэль Ганеман это был человек, который придумал гомеопатию в XVIII веке. Он был по образованию врач, но он в современной ему медицине, видимо, разочаровался и, в принципе, не безосновательно, потому что современная медицина — это были кровопускание, лечение ртутью, лечение мышьяком и прочие всякие такие стрёмные вещи. И он начал активно читать и переводить разные книги по медицине для того, чтобы попытаться найти какие-то принципиально новые подходы к лечению заболеваний. Он, в частности, переводил книжку американского [2] врача Уильяма Каллена, которая называлась Materia Medica. И в этой книжке описывалось лечение малярии с помощью хины, хинина. И, кроме того, этот врач полагал, что вообще любые лихорадки, любые даже простуды можно лечить с помощью хины. Тогда Ганеман решил сделать вот какую штуку: он взял, и, будучи совершенно здоровым, выпил довольно большую дозу хинина и, как ему показалось, у него начались симптомы лихорадки: у него начался озноб, жар, повышение температуры и всякие такие проблемы. И Ганеман из этого вывел универсальный общий принцип. Он решил, что, ага, если у здорового человека хинин вызывает такие же симптомы, как при малярии, значит, поэтому как раз хинин против малярии и помогает — вот оно, в чём дело. На самом деле сегодня мы знаем, что хинин действует на малярийного плазмодия, поэтому из хинина гомеопатические лекарства можно делать, разве что, если мы хотим вылечить малярийного плазмодия, но тогда это не было известно. И Ганеман вывел некий общий принцип и решил, что для того, что бы находить новые гомеопатические препараты, нужно давать здоровым людям какие-нибудь ядовитые вещества, смотреть, какого рода симптомы эти препараты, эти вещества вызывают у здоровых людей. То есть, если какое-то вещество, когда вы его съели, например, вызывает у вас рвоту, то это значит, что если вас и так рвёт без всяких видимых причин, то именно вот этим веществом надо вашу рвоту лечить. Если, допустим, утюг вызывает у вас ожог, значит, гипотетически, подошвой утюга надо лечить ожоги, — но это парадокс. Но при этом понятно, что есть в большом количестве ядовитые вещества — это вообще-то вредно, и поэтому он придумал ещё один хитрый приём, который называется «динамизация лекарственной силы». Для того чтобы гомеопатическое лекарство только лечило и при этом как-то не вредило, а точнее наоборот, как он писал, вызывало некую искусственную болезнь, которая сначала выдавит настоящую болезнь, за счёт конкуренции, а потом сама быстро пройдёт — вот для этого нужно делать динамизацию лекарственной силы. А динамизация заключается в том, чтобы вот этот самый яд разбавлять, встряхивать, растворять, встряхивать, растворять, встряхивать и так далее, и так далее, и так далее десятки, сотни и тысячи раз. Нам нужен следующий слайд.

Надо заметить, что это была очень хорошая идея, гомеопатия была замечательным, прогрессивным, отличным, прекрасным методом лечения в XVIII веке и даже в начале XIX. Есть даже данные о том, что в гомеопатических госпиталях смертность от холеры была меньше, чем она была в обычных госпиталях. И это, в принципе, не удивительно, потому что в обычных госпиталях, когда лечили примерно столь же научно обоснованными методами, но при этом ещё и более действенными, более активно влияющими на людей. То есть, если в обычном госпитале вы и так больной, вам и так плохо, из вас ещё выпускают пол-литра крови… Донорство, в принципе, полезно для здоровья, но не в таких количествах, как в средневековой медицине, и для здоровых людей оно полезно, а не для больных. Или, например, вас лечат мышьяком, ртутью, свинцом, всякими разными такими субстанциями, но при этом в больших дозах, то понятно, что когда вас лечат тем же самым мышьяком только в маленьких дозах, то это более безопасно, поэтому в XVIII веке это был отличный, замечательный, перспективный, крутейший метод лечения. Нам нужен следующий слайд.

Но с тех пор получилось так, что нормальная медицина развивалась, а гомеопатия осталась приблизительно там же, где и была, с некоторыми довольно несущественными инновациями. Вот если мы говорим о современной медицине, то первый же попавшийся пример: вот это Найджел Окленд, который потерял руку, ему сделали роботизированную руку Bebionic3, с помощью которой он спокойно завязывает шнурки, печатает на клавиатуре, берёт сырое яйцо и разбивает его, пьёт пиво. Там принцип очень простой, принцип в том, что верхняя часть вот этой руки, вот этого протеза, реагирует на движение мышц верхней части руки, к которой она приделана. То есть, таким протезом невозможно пользоваться без тренировки, но после пары недель тренировки вы научаетесь сокращать ваши бицепсы таким образом, чтобы давать команды пальцам вашей руки о том, чтобы с силой сжать их. И вот после того, как вы это сделали, вы можете этой рукой пользоваться довольно неплохо, по крайней мере, это гораздо лучше, чем, если вы капитан Крюк, или если у вас вообще нет никакой руки. Но на самом деле это просто та технология, которая уже работает и применяется в клинике, а экспериментальные технологии сегодня гораздо круче. Вот в Пенсильванском, если я не ошибаюсь, университете, например, сейчас разрабатывают роботизированную руку с электродами, вживлёнными в мозг. То есть, она напрямую улавливает активность двигательной коры и напрямую отправляет точные тонкие команды на мышцы, то есть, действует точно так же, как действовала бы, действовал бы мозг, если бы у вас была нормальная рука, но только вместо нормальной руки у вас рука-робот. И там, в принципе, можно совершать ещё более тонкие движения, но просто пока что это экспериментальный метод, не введён в клиническую практику. Там пока у них буквально 2 пациента, они сидят в клинике, потому что за ними требуется очень тонкое наблюдение, чтобы эти электроды в мозге никак ничему не навредили, не произвели никаких побочных эффектов. Но, в общем, можно предполагать, что лет через 10 роботизированные протезы рук будут способны к достаточно тонким движениям, делать хоть что-то как наши настоящие руки. Хотя бы редко. Или вот Луиза Браун (Луиза Браун — это вот посередине кудрявая девочка), (просмотр слайда) она родилась в 1978 году, и она была первым ребёнком, который родился с помощью экстракорпорального оплодотворения. Её мама не могла иметь детей, но очень хотела. И её мама читала интернет, читала научно-популярные новости — интернета тогда не было, понятное дело, читала газеты. И вычитала, что для животных проводят эксперименты по оплодотворению в пробирке, и пришла к врачам, которым потом за это дали Нобелевскую премию, говорит: «Сделайте мне искусственного ребёнка в пробирке». Они говорят: «Да нет, послушайте, технология неиспытанная, мы немного волнуемся, давайте мы ещё лет 10 поэкспериментируем на животных». Она говорит: «Нет, хочу ребёнка». Врачи говорят: «Ну ладно, о’Кей, подписывайте письменное согласие». И вот эта женщина из-за того, что она верила науке, она родила сначала одну дочку — Луизу Браун (хотя до этого была уверена, что детей у неё никогда не будет), потом родила ещё вторую дочь, тоже с помощью ЭКО. А Луиза Браун родила уже собственного сына, уже без экстракорпорального оплодотворения, просто так. И, в общем, такая счастливая семья, дает интервью, радуется прогрессу.

Или вот тоже англичанин Стивен Ховарт, он болен амаврозом Лебера — это такая болезнь, при которой нарушается работа пигментного эпителия сетчатки и постепенно теряется полностью способность видеть в темноте, а потом теряется способность нормально видеть на свету. И эта болезнь у него развивалась и, предполагалось, что примерно годам к 14 он станет практически полностью слепым. Но там, может быть, будет на ярком свете видеть какие-то тени — в лучшем случае. Но он стал первым пациентом, которого лечили генной терапией против амавроза Лебера — это генетическое заболевание, там в пигментном эпителии сетчатки нет некоего нужного белка RPE5 [3], по-моему, он называется — не буду врать. Вот ему с помощью шприца просто вводили в сетчатку ген, который кодирует этот белок. Гены сетчатки начинают работать и, соответственно, потеря зрения остановилась. И вот сейчас ему 24 года, он целуется со своей невестой, и он её видит. Он, вообще-то, был уверен, что он свою невесту никогда не увидит, если вообще за него кто-то замуж пойдёт. А так он вполне нормально видит. Ну, ему сложно читать, он не может водить машину, но он хотя бы не натыкается на предметы и вообще видит каким-то образом, потому что у него генная терапия. То есть, сегодня, но, вообще, последние 200, 100, тем более 50 лет нормальная медицина развивалась очень интенсивно. Нормальная медицина сегодня может сделать миллион всего, нормальная медицина сегодня во многих случаях побеждает рак, причём она его побеждает не как-то вслепую, что вот заметили, что вещество работает, она его побеждает вполне осознанно: она понимает, какие молекулы раковых клеток отличаются от молекул нормальных клеток, как на них воздействовать для того, чтобы раковые клетки уничтожить. Вот появляется генная терапия, с помощью которой можно наши клетки подкорректировать. Появляется масса всего, а в гомеопатии за последние 200 лет инноваций практически не было, хотя немножко было, сейчас мы об этом тоже поговорим. Следующий слайд.

Как уже я говорила, гомеопатические лекарства основаны на принципе о том, что если какое-то вещество вызывает плохие симптомы у здорового человека, значит, оно будет помогать против болезни с соответствующим симптомом. Это не прикол, это я не издеваюсь, это выдержка из абсолютно официального документа, из приложения к приказу Минздравмедпрома №335, который у нас в России законодательно регулирует гомеопатию. Там вот это приложение №4, в нём просто есть перечень веществ, которые официально разрешены при использовании врачами-гомеопатами, в гомеопатических аптеках. Там в этот список входит, например, бледная поганка, рвотная сыроежка, паук-птицеед, причём, что самое трогательное, там в этом списке про паука-птицееда есть сноска, и написано: всё насекомое, — что заодно демонстрирует нам, насколько хорошо гомеопаты понимают биологическую систематику, потому что паук как бы не совсем насекомое. Насекомые — те, у кого шесть ножек, а у паука, насколько мне известно, восемь. Секрет кожных желёз жабы, белена, спорынья, креозот, нафталин, нефть, стрихнин, многочисленные соединения мышьяка, ртути, свинца. То есть, вот, из каких веществ делаются лекарства. И по всей вероятности были когда-то где-то здоровые добровольцы. Хотя надо сказать, что гомеопаты не заморачиваются статистикой, они считают, что одного добровольца достаточно. То есть, сам Ганеман мог когда-то принять свинец, ему стало плохо, и после этого с тех пор свинцом всех и лечат. Но на самом деле современные испытания гомеопатических препаратов тоже проводятся. Если погуглить, вот например, недавно гордо сообщили о том, что сделали новый гомеопатический препарат из кости тираннозавра. Вопрос в том, где они взяли кости тираннозавра для того, чтобы запустить фабричное производство лекарства. Как мы сейчас убедимся, там немного надо, там достаточно немножко потрогать одну кость, и этого хватит. Можно нам следующий слайд?

Здесь не надо пытаться читать, но я вам сама, тем не менее, прочитаю. Это цитата из книжки Ганемана. Вот этот комментарий он написан в 1833 году, то есть, почти 200 лет назад. И Ганеман очень возмущается, потому что уже в то время его обвиняли в том, что если бесконечно разводить вещество, то в нём же наверно когда-то закончится само вещество и останется только вода. И Ганеман говорил: «Пусть математик объяснит им, что малейшая часть вещества, разделённого хотя бы до бесконечности, всегда будет содержать некоторое количество этого вещества, всегда будет нечто, и это нечто не может никогда обратиться в ничто. Пусть укажут им физики на необыкновенные силы, не имеющие, однако, никакой тяжести (например, теплород), силы, которые, следовательно, ещё легче лекарственного содержания малейших гомеопатических приёмов; они вовсе не подлежат взвешиванию точно так же, как обидное слово, причиняющее желчную лихорадку оскорблённому, или роковая весть о смерти единственного сына, низводящая в могилу несчастную мать!» Пусть математик объяснит им. Дайте нам следующий слайд. Не объяснил. Потому что примерно в середине XIX века начали появляться первые внятные представления о молекулярной структуре вещества, стало понятно, что число молекул в веществе — это цифра очень большая, но, тем не менее, конечная, поддающаяся подсчёту. На это есть волшебная мантра, которая называется 6,02·1023 (шесть-ноль-два-на-десять-в-двадцать-третьей). Если вы когда-нибудь увидите гомеопата, то не слушайте никаких его телег о сверхмалых дозах, он там будет вам ссылаться на Жака Бенвениста, будет ссылаться на российских исследователей, будет говорить: «А вот есть данные, что сверхмалые дозы работают», будет ещё произносить слово гормезис… Да, не вопрос, сверхмалые дозы работать могут, если есть хотя бы несколько молекул, то они могут как-то подействовать на наши рецепторы, запустить какие-то процессы в наших клетках — всё это да, но в значительном количестве гомеопатических препаратов молекул действующего вещества нет вообще. Сейчас будет маленький урок химии и арифметики, если вам это скучно, вы можете пока проверить почту в телефоне. Следующий слайд.

Откуда берётся эта волшебная цифра 6,02·1023? Здесь всё довольно просто: все вещества состоят из атомов, атомы, в свою очередь, состоят из протонов и нейтронов, нам очень повезло, что каждый протон и каждый нейтрон весят примерно одинаковую известную величину, приблизительно равную 1,67·10−24 грамма — это то, что называется атомная единица массы (а. е. м.). И дальше можно сделать простейшую пропорцию. Если мы знаем, какую часть грамма весит одна атомная единица массы, то, следовательно, мы можем посчитать, сколько атомных единиц массы вмещается в одном грамме, сколько протонов и нейтронов в одном грамме любого вещества вмещается. В любом — потому что любые вещества состоят из атомов, атомы состоят из протонов и нейтронов, а там есть ещё и электроны, но электроны можно не считать, потому что они слишком лёгкие. По-моему, 1/1840 [4] весит 1 электрон — можно пренебречь. Но и вот, если эту пропорцию решить, то мы получаем, что в 1 грамме любого вещества содержится ровно 6,02·1023 вот этих протонов и нейтронов. Но на самом деле в реальности вот это число Авогадро рассчитывают чуть-чуть сложнее. Они берут не 1 а. е. м., они берут 12 граммов углерода и определяют, сколько частиц может содержаться в 12 граммах углерода, так просто получается немножко точнее, потому что, насколько я понимаю, это позволяет пренебречь небольшой разницей в весе между протонами и нейтронами, простите меня, если я ошибаюсь. В общем, решили высчитывать так, но принцип в том, что это позволяет понять, сколько частиц в одном грамме. Следующий слайд. А, соответственно, если наша молекула весит не 1 а. е. м., а если наша молекула весит целых 6 а. е. м., то это означает, что в ней, в молекуле в одной, как раз целых 6 протонов и нейтронов. Это для любой молекулы очень легко посчитать, эти цифры все указаны в таблице Менделеева. То есть, вот про водород мы знаем, например, что в нём 1 а. е. м., про углерод мы знаем, что в нём 12 а. е. м. — 6 протонов, 6 нейтронов, про кислород мы знаем, что в нём 16 а. е. м., соответственно, 8 и 8 протонов и нейтронов. И, глядя на таблицу Менделеева, как вы все помните из школьной программы, можем подсчитать в атомных единицах массы массу любого вещества. Мы, конечно, будем считать массу этилового спирта. И для этилового спирта получается, что у нас есть 2 углерода, 6 водородов, 1 кислород, и вместе получается целых 46 а. е. м. Это означает, что если мы возьмём 46 граммов чистейшего спирта, то у нас в них будет ровно те же самые 6,02·1023 молекул. То есть, вот это число Авогадро 6,02·1023 — это на самом деле просто очень удобный коэффициент для того, чтобы переводить молекулярную массу в обычную, а обычную массу в молекулярную. И он позволяет нам определить молекулярную массу одной молекулы и сказать, что вот если мы возьмём столько граммов этих молекул, то в них будет ровно 6,02·1023 частиц. Это очень удобно. И вот мы, значит, взяли 46 граммов спирта, ну, там сколько-то воды, допустим, взяли, грубо говоря, полстакана водки взяли мы. И нам нужен следующий слайд. Мы взяли полстакана водки, и теперь нам нужно этим полстаканом водки напоить всю аудиторию, присутствующую здесь. Вот тут у меня, например, лекарство есть — совершенно неразбавленный этиловый спирт, правда, поменьше, чем 46 грамм, но, тем не менее, если бы мы пытались напоить всю нашу аудиторию, как Иисус Христос накормить всех пятью хлебами и двумя рыбками, то что бы нам пришлось сделать? Мы бы стали делать гомеопатические разведения С. Если мы верим Самуэлю Ганеману, то мы должны понимать, что, чем больше мы разбавляем вещество, тем интенсивнее его лекарственная сила, тем лучше оно работает. То есть, в данном случае, видимо, вызывает опьянение. Потому что, если у здорового человека оно вызывает опьянение… На самом деле там сложнее, сейчас я до этого дойду. Мы, так или иначе, стали его разводить. И первый раз, когда мы развели его в 100 раз, у нас было вот столько нулей (С1 — 6 020 000 000 000 000 000 000). Второй раз мы его развели в сто раз — у нас вот столько нулей (С2 — 60 200 000 000 000 000 000). Третий, четвёртый, пятый, каждый раз убирается по 2 нуля, шестой, седьмой, восьмой… И мы обнаруживаем, что после того, как мы это вещество 11 раз развели в 100 раз, у нас осталось уже всего лишь 60 молекул спирта, понимаете, 60 молекул в нашем стакане. А когда мы развели ещё раз, получили разведение С12, то там осталось 0,6 молекул спирта. То есть, с вероятностью 60% вообще какая-нибудь молекула спирта будет в этом стакане присутствовать. В общем-то, этим гомеопатическим спиртом человека напоить довольно проблематично, особенно всю аудиторию, но на самом деле, если мы сейчас вспомним, для чего вообще применяется гомеопатия, гомеопатия применяется для того, чтобы излечивать симптомы. И понятно, что если мы возьмём пьяного человека и напоим его гомеопатическим алкоголем в виде воды с 0,6 молекулами спирта, то, в принципе, это должно ему помочь, потому что, как пел великий Борис Гребенщиков, «надо выпить на ночь 2 литра воды, чтобы завтра была цела голова, ведь сегодня я собираюсь пить с человеком из Кемерова». Жалко, что я не в Кемерово читаю эту лекцию. Но, тем не менее, так мы доказали, что гомеопатия работает. Следующий, пожалуйста, слайд.

Если вам поможет чистая вода — гомеопатия работает. Вы думаете, наверно, что я издеваюсь. Вы думаете, наверно, что гомеопаты не такие дураки, и что таких больших разведений не бывает. Но дело в том, что как раз именно на таких больших разведениях строится самый большой бизнес. Самые большие разводки строятся на больших разведениях, потому что это самый благодарный бизнес из-за того, что там вообще не надо никого привлекать, никакую эффективность, никаких побочных эффектов там нет, вы продаёте чистую воду, и вы можете продавать эту гомеопатическую воду за страшные деньги. Например, есть такое прекрасное лекарство «Оциллококцинум». «Оциллококцинум» — это разведение С200. То есть, у нас, вы помните, при разведении С12 молекулы кончились, а для того, чтобы сделать разведение С200, нужно вообще несколько больше молекул воды, чем содержится в нашей Вселенной. Замечательна сама история выбора действующего вещества для этого лекарства. Это был такой французский врач Руа — это фамилия, имя его вылетело у меня из головы, но это легко посмотреть в Википедии… Жозеф Руа его звали. Ну, в общем, даже если его звали как-то не так, то он придумал следующую вещь: он проводил свои исследования в 18 году во время эпидемии «испанки». Он хотел выяснить, что вызывает «испанку». Испанка — это такой очень тяжёлый грипп, который бушевал в начале века и вызвал много смертей. Он рассматривал под своим микроскопом световым кровь поражённых людей, их ткани, и заметил там какие-то колеблющиеся белые кругляшки, которые он назвал оциллококками. Надо заметить, что оциллококков ни до, ни после него никто не видел, но вот он их увидел. И явно они не были связаны с гриппом, потому что теперь-то мы знаем, что грипп вызывают всё-таки вирусы, а вирус он всё-таки под микроскопом увидеть не мог. Но, возможно, у него было повреждение на линзе окуляра, тем не менее, он этих оциллококков впоследствии увидел у больных очень многими разными заболеваниями. Он говорил, что оциллококки — это вообще причина всего. Тогда как раз в большой моде были разные бактерии, если кто читал «Охотников за микробами». И вот он решил, что он нашёл нечто похожее на этих оциллококков в крови людей, больных герпесом, раком, ветряной оспой и так далее, и так далее. И сначала он пытался этими оциллококками лечить рак. Типа выделял их из крови людей, в которой он их нашёл, вводил их тем, у кого рак есть, они умирали от этого ещё быстрее. Он тогда понял, что надо, во-первых, делать гомеопатическое средство, чтобы люди умирали не так быстро, а, во-вторых, нужно найти какое-нибудь животное, для того, чтобы выделить их из животного, ну, видимо, потому что люди ему не давались, чтобы он из них выделял оциллококков. И вот он отправился в путешествие по миру и, в конце концов, на Лонг-Айленде (я так понимаю, район Нью-Йорка, довольно заселенный) нашёл, значит, там уток городских. Нашёл городских уток, поймал и увидел у них в сердце и в печени те же самые кругляшки — оциллококки. Ну и, соответственно, очень логично решил, что вот этими оциллококками нужно лечить грипп, и сделал из них гомеопатическое лекарство от гриппа в разведении, как мы сказали, С200. То есть, я думаю, что если он тогда одну утку поймал, то до сих пор компания «Буарон» из этой утки продолжает делать всякие гомеопатические препараты. Она её засушила, наверно, как-нибудь или заспиртовала. Но прелесть в том, что только в одной России на продаже оциллококцинума производители зарабатывают 2,65 млрд рублей в год. В общем, крутые деньги за утку. Вот Скрудж МакДак одобряет. Дайте нам следующий слайд.

Бывает гораздо интереснее. Вот это на картинке, как вы думаете, кто?

Слушатель из зала. Муха что ли?

Ася Казанцева. Бинго! Приз в студию! Я могу отдать вам гомеопатию потом, потому что больше у меня всё равно ничего нет. В общем, да действительно, это муха, но любой нормальный человек с первого взгляда всё-таки думает, что это оса, потому что это муха-журчалка, которая специально мимикрирует под осу. И вот умный человек, который понял, что она муха, он понял, видимо, по числу крыльев, потому что мухи относятся к отряду двукрылых так же, как комары. Это те редкие насекомые, у которых крыльев 2, а не 4. У нормальных насекомых обычно крыльев 4, у ос, как у всех приличных людей, крыльев всё-таки 4. Но в остальном эта муха плохо отличима от осы, у неё, видите: тонкое брюшко, жёлтые, чёрные полоски. И я вас уверяю: ни одна птица разбираться не будет, ни одна птица не будет пересчитывать её крылья, а любая птица просто предпочтёт её не клевать, чтобы не быть ужаленной, на всякий случай, потому что, ну, одно дело — остаться голодным без обеда один раз, пойти поймать другое насекомое, а другое дело — быть ужаленной в язык или в гортань — приятного мало.

И вот существует гомеопатия, которая всё-таки развилась за последние 200 лет, гомеопатия, которая всеми силами притворяется, что она является настоящими лекарствами. И так с ходу без пол-литра не разберёшься. Нам нужен, пожалуйста, следующий слайд.

Здесь вам ничего не видно, так что вам придётся верить мне на слово. Это инструкция по медицинскому применению препарата «Анаферон», который производится компанией «Материа Медика», она назвала себя, помните, в честь вот той книжки, которую когда-то переводил Самуэль Ганеман, хотя, может, и не в честь неё. И компания «Материа Медика» они делают много того, что они называют инновационные препараты, и принцип там везде один и тот же. Она берёт какой-нибудь важный белок, работающий в человеческом организме, это может быть, например, белок S-100, который участвует в деятельности нервной системы, это может быть какой-то белок, влияющий на обмен оксида азота, если мы говорим о лечении сосудистых нарушений, потому что там такие белки действительно есть, работают. Или вот это может быть человеческий интерферон, если мы говорим о лечении заболеваний, связанных с работой иммунной системы, в том числе инфекционных. Они берут какой-нибудь белок, который в организме человека действительно есть и работает, после этого они делают к этому белку антитела, то есть, молекулы, которые блокируют работу этого белка. Ну, в принципе, что-то от гомеопатии в этом есть — лечить ядом. И, в принципе, мы могли бы даже предположить, как это могло бы наверно работать по принципам обратной связи, что типа организм видит, что у него этого белка стало меньше, потому что заблокировали, начинает делать белка ещё больше, но нет… «Материа Медика» такими тонкостями не заморачивается, «Материа Медика» после этого делает третий этап — она эти свои антитела разводит в таких количествах, чтобы никаких антител там уже не осталось. И, бинго, мы имеем отличный эффект, мы имеем эффект, что, во-первых, это выглядит очень научно. Во-вторых, это не надо никак проверять, потому что это заведомо безопасно, потому что там заведомо ничего нет. У меня когда-то в университете на биофаке был курс, гуманитарный курс по выбору про историю кино. И там была реклама первого научно-популярного фильма. Я, к сожалению, забыла, как называется, но анонс был такой: ну, допустим, фильм о строении атома: «очень научный, с аккомпанементом на балалайке!». Так вот вам очень научное лекарство с аккомпанементом на балалайке. Когда мы читаем его инструкцию, мы сначала видим: активные компоненты: антитела к гамма-интерферону человека аффинно очищенные — 0,003 грамма. 0,003 грамма — это совершенно отличная работающая доза. Если вы съедите 0,003 грамма какого-нибудь яда, то вы им отравитесь. Если вы съедите 0,003 грамма какого-нибудь лекарства, то оно вам поможет. Это вполне реальная доза, в которой много молекул, которая реально может подействовать на ваш организм. Но после этих 0,003 граммов идёт сноска, сноска маленькими буквами. Маленькими буквами написано: «вводятся в виде водно-спиртовой смеси активной формы действующего вещества». Вам не видно, но поверьте: на этой сноске есть ещё одна сноска, ещё более маленькими буквами, и эта сноска ведёт уже на самый-самый конец инструкции, туда, докуда уже никто не дочитает. Вот здесь вот вся инструкция какая-то, и дальше в конце самыми маленькими буквами написано: «Активная форма действующего вещества — активная форма с содержанием не более 10−15 нг/г действующего вещества». 10−15 нг/г. 1 нанограмм это, если я сейчас не путаю, это 10−9, итого у нас получается 10−24 граммов вот этих самых антител к интерферону человека на 1 грамм действующего вещества. А на одну таблетку, кроме того, вводится даже не целый грамм действующего вещества, а вводится, как мы помним, 0,003 грамма. То есть, на одну таблетку в среднем приходится 3·10−27 граммов действующего вещества. А, как мы помним, 1 а. е. м. весит на 3 порядка больше. А у них как бы даже не протоном они лечат и не нейтроном, а они теоретически лечат антителами, а антитела — это большие молекулы, тяжелые. То есть, но вот здесь я уже поленилась подсчитать, но это тоже легко подсчитать, на сколько таблеток может приходиться одна молекула этих самых антител к интерферону. Явно далеко не в каждой аптеке, если вы скупите весь «Анаферон», то там хотя бы одна молекула найдётся. То есть, вам нужно есть его на завтрак, обед и ужин в том случае, если вы хотите, чтобы 1 молекула действующего вещества у вас всё-таки появилась. И до 2009 года эти средства честно назывались гомеопатическими, но потом в 2009 году фирма «Материа Медика» похвасталась в своей джинсовой статье на Медпортале, что мы добились того, чтобы Минздрав разрешил нам представить на сайте наши препараты не как гомеопатические — ура! Как конкретно они этого добились — не сообщается, но на самом деле у них довольно неплохо с научными публикациями в русскоязычных журналах. Помните ли вы историю с Корчевателем? Некоторые — да, для остальных я расскажу. Есть такая газета научного сообщества, называется «Троицкий вариант». Это газета, которую делают учёные и немножко научные журналисты, в которой они обсуждают проблемы науки. Вот сейчас, например, очень активно обсуждается фонд «Династия». И в этой газете они в 2008, по-моему, году провели замечательный эксперимент. Они взяли компьютерный генератор текстов, этот компьютерный генератор текстов сгенерировал им статью, которая называлась «Корчеватель: Алгоритм унификации точек доступа и избыточности», и весь остальной текст у них был примерно такой же. А потом они нашли научный журнал из ВАКовского списка, то есть, такой журнал, который как бы научный, публикация в котором как бы засчитывается аспирантам для того, чтобы они защищали свои диссертации. Заплатили этому журналу 4 500 рублей расходов редакционных, и эту статью благополучно опубликовали. Был потом большой скандал, конкретно этот журнал закрыли, но, тем не менее, не очень много надежды, что других таких российских журналов не осталось, и на самом деле это очень понятно. В той или иной степени такая же проблема применима к французским журналам, и немецким журналам, и бельгийским журналам, каким угодно, — всем, кроме англоязычных. Потому что так уж устроен мир, что наука разговаривает на английском языке, все учёные друг с другом делятся результатами на английском языке. Поэтому если вы получили какие-то результаты, которые имеют смысл, то вы эти результаты переводите на английский, потому что иначе о них никто не узнает. А если вы понимаете, что написали, в общем-то, фигню, и эта фигня вам нужна, в общем, только для того, чтобы отчитаться по грантам, ну, или там произвести впечатление на научрука, или защитить диссертацию, или что-нибудь, то вы эту тему опубликуете в русскоязычном научном журнале. Я однажды работала на сайте, который оплачивал МинОбр, и в котором нужно было обязательно писать каждый день 2 новости о российской науке. Это был какой-то адский ад, я оттуда сбежала через полгода, потому что, ну, нету в российской науке столько новостей. Там приходилось какие-то безумные совершенно вещи выкапывать из безумных совершенно журналов такого же уровня, как «Корчеватель: Алгоритм унификации точек доступа и избыточности». Я помню, например, была статья про то, что учёные придумали нарезать панцирь краба на маленькие кусочки и добавлять их в краску, чтобы краска быстрее сохла. А была ещё статья, в которой они придумали с помощью льда делать жестяные плошки. То есть, замораживать воду и лист жести в форму для того, чтобы вода разбухла, стала льдом, получилась жестяная плошка. Они проводили даже фотографию плошки,, ничего так плошка, довольно ровненькая. Поэтому «Анаферон» у нас такое научное лекарство с публикациями в научных журналах разных, как и «Импаза», «Пропротен» и разные другие препараты компании «Материа Медика». Поэтому, когда покупаете лекарство, то обратите внимание, не произведено ли оно компанией «Материа Медика». Если да, то покупайте смело, побочных эффектов у вас точно не будет, потому что, ну, сахар он и есть сахар. Следующий, пожалуйста, слайд.

Я торжественно и официально утверждаю, что гомеопатия работает. Есть масса людей, которые говорят: «А мне помогает, а соседу помогает, а бабушке помогает, а вот у нас гомеопат вылечил то, а гомеопат у нас вылечил это», — они не врут, они действительно выздоравливают. Этому есть целый ряд причин. Первая причина, что если вы не просто покупаете сахарные шарики в аптеке, а идёте к врачу-гомеопату на приём, то это может быть подобно каше из топора. То есть, помимо сахарных шариков вам назначат ещё целый ряд полезных рекомендаций по вашей диете, по вашему образу жизни, может быть, даже какие-то дополнительные травки назначат. У нас в России довольно несовершенное законодательство по гомеопатии, но, по крайней мере, одно преимущество у него есть: врачом-гомеопатом не может себя назвать человек без медицинского образования. То есть, врач-гомеопат — это человек с медицинским образованием, который, тем не менее, назначает сахарные шарики, ну, вероятно в основном потому, что он просто хочет спокойно работать, вот не в участковой клинике со всеми её отчётами, с 12-ю минутами на пациента со всеми проблемами, а спокойно работать в частном центре, спокойно по часу отводить на каждого пациента, ну и назначать ему белые шарики. И очень легко можно представить миллион случаев болезней, при которых гомеопатия с приёмом у гомеопата непременно поможет. То есть, вот, допустим, у вас начинается диабет II типа. Бывает диабет I типа — это когда у вас поджелудочная железа не может вырабатывать инсулин, там уже без вариантов — только колоть инсулин, больше ничего не сделать. А бывает диабет II типа, когда инсулин у вас есть, но ваши клетки к нему плохо чувствительны. Вот эта болезнь обычно случается у тех, кто мало двигается, много ест и толстеет. И, в принципе, известно, что если её диагностировать на ранних стадиях, и срочно похудеть, начать мало есть и много двигаться, то эту болезнь можно обратить вспять, и можно сделать так, что инсулин никогда не понадобится. У меня папа, например, собаку завёл с предрасположенностью к диабету для того, чтобы защищать собаку от того, чтобы он у неё развился, и параллельно будет с ней гулять и защищать себя таким образом. Очень хитрый человек, еврей, однако. И, соответственно, допустим, вы — врач-гомеопат. Допустим, к вам пришёл человек, говорит: «Вот у меня начинается диабет второго типа. Что мне делать? Что мне делать? Я не хочу колоть инсулин». Вы ему говорите: «Спокойно, чувак, никакого инсулина не надо, сейчас мы тебя вылечим. Вот тебе 2 волшебные баночки с белыми шариками, они обязательно сработают, если ты их будешь принимать правильно. Если вот эти белые шарики ты принимаешь 2 раза в день, но за 6 часов «до» и за 6 часов «после» у тебя не должно быть никакой мучной и жирной пищи, иначе они не сработают. А вот эти шарики ты принимаешь 4 раза в день, и каждый раз ты должен перед этим сделать пробежку, потому что они хорошо работают, когда кровь разгорячена, сердце бьётся быстро, поэтому ты должен каждый раз не менее 15 минут пробежать, ну, или хотя бы поприседать, поотжиматься. И вот если ты будешь правильно принимать мои все эти шарики, все рекомендации, то я тебе обещаю, чувак, гомеопатия тебе поможет, диабет у тебя остановится». И ведь не врёт, ведь действительно так и будет. И действительно сможет заявить на конференции совершенно честно, что гомеопатия замечательно помогла. Но, кроме того, понятно, что многие болезни проходят сами. Вся самая успешная, самая дорогая и самая, кстати, высокоразведённая гомеопатия — это гомеопатия от простуд, потому что простуды, их если лечить, они проходят за 7 дней, если не лечить — за неделю. Это, к сожалению, по-прежнему так. У настоящей официальной медицины нет каких-то хороших лекарств от простуды, потому что простуду вызывают несколько сотен разных вирусов. Вы когда одним переболели, у вас к нему появился иммунитет, вы каждый раз болеете каким-нибудь новым вирусом, и вот на жизнь вам как раз этих нескольких сотен вполне хватает для того, чтобы вы каждый год болели простудой. И делать нечего, попробовать можно поесть гомеопатию, вы будете хотя бы рады, что вы о себе заботитесь. Ну вот, например, вот у меня что, у меня снотворное, слабительное. Насчёт слабительного я не хочу ничего сказать, кстати, не действует, не волнуйтесь. А со снотворным понятно совершенно, когда ты волнуешься… Ого, слушайте, а чувак столько выпил! Он там не спит? — посмотрите. И соответственно, когда я понимаю, что не уснуть… Это обычно происходит от того, что вы нервничаете, что вы не можете заснуть, а вам как бы скоро вставать и паника, паника. А понятно, что если вы выпили лекарство, в которое вы верите, что от него сейчас уснёте, то вы спокойно уснёте. Ну и вообще гомеопатия очень полезна, например, если у вас есть тревожная бабушка, она смотрит на вашего ребёнка и говорит: «Ой, что это у ребёнка глазик дёргается, давайте ребёнка отведём к врачу». А вы ей говорите: «Бабушка, веди его к гомеопату на здоровье, покормит его сахарными шариками, ничего ему плохого от этого не будет». Но и, кроме того, важная вещь, что не вся гомеопатия — это гомеопатия. То есть, когда мы говорим о том, что молекул действующего вещества нет, то мы говорим о разведениях более С12, а на части гомеопатических препаратов, которые продаются в аптеке, на них есть разведения D. Вот даже у этого есть разведение D. (Ася указывает на то, что выпила в начале лекции) Пассифлора — какая-то лекарственная травка здесь содержится в разведении, иногда называются D, иногда называются С — а, нет, нет, я сама себя запутала, здесь разведение С, здесь разведение как раз-таки сотенное. То есть, здесь вообще ничего нет, то есть, я могу выпить эту штуку до конца, и со мной вообще ничего не будет. Очень хорошо. Но нет, приберегу на следующую лекцию. То есть, бывают разведения D, разведение D — это десятичное разведение, это означает, что какие-то кусочки молекул действующего вещества немножко там всё-таки есть, и поэтому здесь уже надо смотреть, что за действующее вещество туда добавили, потому что, как мы помним, гомеопатия нередко делает всё из яда. То есть, если у нас гомеопатия с разведением С, то, в принципе, можно съесть и не беспокоиться — там почти ничего нет. Если гомеопатия с разведениями D, то желательно почитать Википедию, что это за яд, и как он на нас, вообще-то, действует, но и не превышать рекомендуемую дозировку хотя бы. В принципе, в малых дозах яды не очень опасны. Вот в Евросоюзе, например, есть законы, регулирующие гомеопатию, отдельные, они говорят, что в отличие от настоящих лекарств там не нужно доказывать эффективность, потому что, ну, как её докажешь. Но они создают минимальную допустимую планку разведения, которая гласит, что вещество должно быть разведено, по крайней мере, в 100 раз сильнее, чем в нормальных лекарствах, оно применяется в самой низкой дозе. И в этой ситуации и волки целы, и овцы сыты, то есть, граждане Евросоюза не отравятся гомеопатией, а гомеопаты будут счастливы, что никто не мешает им работать. И нужен нам следующий слайд.

Здесь опять не надо пытаться читать, это для меня слайд, я вам сама всё расскажу. Дело в том, что эффект плацебо — действительно невероятно сильная вещь. Это доказано, это изучено, плацебо круто работает для очень многих заболеваний. Из плацебо получается отличное обезболивающее. Обезболивающее получается потому, что сам наш мозг начинает вырабатывать эндорфины, когда он понимает, что ему вообще-то не должно быть сейчас больно. Но понятно, что от любых болезней, связанных с состоянием психики, например, эректильная дисфункция, или от бессонницы, или от депрессии, или от тревожности плацебо помогает, просто зашибись, как круто. Но на самом деле мозг, он же… мы привыкли думать, что мозг нужен, чтобы им думать. На самом деле думаем мы несколькими сантиметрами коры, а весь остальной мозг нужен для того, чтобы обрабатывать сигналы. Обрабатывать сигналы с одной стороны — внешние стимулы, с другой стороны — от наших внутренних органов, от наших гормонов. У нас в гипоталамусе, например, работают прямо такие нейроны-лапки, кровь течёт в кровяное русло, мозг этими лапками постоянно делает анализ крови, оценивает её температуру, оценивает, сколько в ней сахара, сколько в ней гормонов каких. То есть, мозг очень интенсивно регулирует все процессы, происходящие внутри организма, и, в принципе, если бы мы могли каким-то образом научиться этим управлять, то мы достигли бы фантастических возможностей, но эволюция такое не приветствует, потому что мы же что-нибудь не то нажмём, что-нибудь не туда подумаем — и всё сломается. Намного лучше, надёжнее, безопаснее это на автопилоте делать. Но если на автопилоте вы съели плацебо, и мозг полагает, что у него, например, сейчас, должна активироваться иммунная система, противовоспалительные силы, например, или наоборот провоспалительные какие-нибудь силы, то мозг — он умный, мозг намного умнее нас, мозг сам разберётся, что ему активировать, раз уж мы дали волшебный указ, и он теперь должен это активировать. Как раз поэтому в испытаниях настоящих лекарств всё время сравнивают новое лекарство и плацебо. Смысл в том, чтобы новое лекарство помогло лучше, чем плацебо, потому что плацебо тоже поможет. Обязательно будет какая-то часть пациентов, которая считает, что плацебо им помогло, и, кстати, обязательно будет какая-то часть пациентов, которая считает, что плацебо вызвало у них побочный эффект — тоже бывает. И часто гомеопаты они приводят такой опрокидывающий довод: «Гомеопатия, — говорят, — действует даже на детей и животных». Ну ребята, come on. В исследованиях настоящего плацебо, в котором никаких гомеопатических молекул нет, которое просто заведомо сахарные шарики только что из самой сахарной фабрики, плацебо отлично действует на детей и отлично действует на животных. Вот я привела примеры экспериментов более или менее недавних. В 2014 году взяли в одном американском госпитале 119 кашляющих детей младше 4 лет, разделили их на 3 группы. Родителям каждой группы выдали закрытый бумажный пакетик, в котором была закрытая прозрачная бутылочка, в которой было что-то. Либо в ней был сироп агавы, который, по мнению исследователей, аналогично мёду действует, но при этом не аллергенен, то есть, такое домашнее средство лечения кашля, смягчающее горло. Либо там была подкрашенная водичка такого же цвета, как сироп агавы, и подслащённая, то есть, плацебо. Либо там была обычная пустая прозрачная бутылочка, то есть, ребёнку закапывали это в горло, но ничего оттуда не лилось из этой бутылки. И просили родителей кашляющих детей за полчаса до сна это залить, а потом заполнить опрос о том, как изменились в ближайшие сутки симптомы кашля. И так же в этом опроснике был вопрос о том, какое вещество, по мнению родителей, им досталось? Они не знали, но они знали, что может достаться либо плацебо, либо настоящий сироп агавы лечебный. И выяснилось, что дети в обеих первых группах почувствовали себя лучше по сравнению с группой, которая вообще не получила никаких капелек. И принципиальной статистической разницы, в общем-то, не было — между тем поили детей сиропом агавы или просто подкрашенной водичкой. И более того, когда родителей спрашивали, что они получили, то половина людей в группе, получившей плацебо, говорила, что мы-то, конечно, получили сироп агавы, потому что ну мы же видим, что нашему ребёнку помогло, значит, не могло быть плацебо по-любому. То есть, любая сахарная водичка она действует на ребёнка лучше, чем отсутствие лечения любого вообще — имейте это в виду. Или, например, когда проводят испытания ветеринарных препаратов для лечения животных, то их иногда тоже сравнивают с плацебо, и тоже иногда можно проанализировать отдельно ту группу, которая получала плацебо, посмотреть, как именно помогло ей. Было исследование противоэпилептических препаратов, в котором, соответственно, часть животных получала настоящие препараты против эпилепсии, а часть животных получала плацебо. Конкретно 28 собак получали плацебо, и у 22 из них частота припадков эпилептических снизилась. То есть, это вам не простуда, это вам не депрессия, это была настоящая эпилепсия — вполне себе физиологическая вещь. И собачки. И, по-моему, у 8 собак из этой группы практически полностью прошли припадки, то есть, более чем в 2 раза сократилась их частота, их назвали внушаемыми собаками, которые хорошо реагируют на плацебо. Потому что вообще все люди и, как видим, животные тоже реагируют на плацебо по-разному. Этот механизм объясняют обычно двумя эффектами. Первый эффект связан с тем, что существуют условные рефлексы, то есть, если животное или ребёнок когда-либо получал настоящее лечение, то оно запомнилось, что когда дают таблетку, то это помогает, когда дают сироп, то это помогает. И, соответственно, животное или ребёнок само себе, так сказать, плацебо, очень мощное. Потому что они видят, что о них заботятся, видят, что их лечат. Такие эксперименты на собаках тоже есть. Было показано, что плацебо лучше действует на тех собак, у которых был опыт, предшествующий приёму таких же таблеток настоящих, действующих. Там смотрели на тревожность, на то, как собака лает, беспокоится, когда её бросают одну в страшной комнате без хозяина. Те собаки, которым в первой части опыта дали препараты, снижающие тревожность, а потом во второй части опыта дали плацебо в тех же условиях, они решили, что вот да, это плацебо должно меня успокоить, сейчас мне не будет страшно, и вели себя совершенно спокойно. А те собаки, у которых не было предшествующего опыта получения настоящего успокаивающего средства, на них плацебо подействовало хуже, хотя немножко тоже подействовало. А второй механизм, по которому это может работать, это просто улавливание поведения родителей, хозяев, потому что, вообще, ребёнок или собака — это такой отличный инструмент биологической обратной связи, это существо, очень чувствительное к вашему настроению. И если у вас ребёнок или собака болеет, вы от этого нервные, напряжённые, дёрганые, всё время на неё смотрите, как у неё пасть, как у неё глазки, как она вообще себя чувствует, то собака начинает, естественно, волноваться, или ребёнок, от такого повышенного внимания. А когда вы дали ей лекарство гомеопатическое, вы как-то сразу успокоились, вы поняли, что вы сделали всё, что могли, что теперь всё по плану, теперь всё в порядке. И, соответственно, животное или ребёнок тоже радостно успокаивается, понимает, что всё хорошо — мама больше не нервничает. Поэтому вывод в том, что гомеопатия, безусловно, работает, но желательно, чтобы, покупая её, вы понимали, что сахар можно купить намного дешевле. Следующий слайд.

Ну, это просто, чтобы вас под конец повеселить — картиночка. Здесь, если кому не видно, пара пытается забеременеть. И мужчина говорит: «Ну, о’кей, теперь мы разводим нашу сперму тридцатью десятичными разведениями». А девочка говорит: «Ну, теперь мы точно забеременеем». Вообще мне очень интересно, например, почему в гомеопатии нет противозачаточных средств, и, слава Богу, что нет. Хотя мы решили бы демографическую проблему. Спасибо за внимание. Мне можно задавать вопросы, а можно просто уходить.

Да, стойте, пока вы не ушли и не задали мне вопросы, несколько организационных объявлений: первое организационное объявление, что вот эту лекцию организовал портал «XXII век» — это новый научно-популярный сайт, который в том числе занимается такими, как я, возит их в Орёл. И если вы будете на него ходить, то вы будете узнавать о новых научно-популярных лекциях, если они будут.


Ссылки

https://www.facebook.com/asya.kazantseva — Facebook Аси Казанцевой.

http://22century.ru/tag/ася-казанцева — все видео с Асей Казанцевой на нашем портале.

https://www.youtube.com/channel/UCTynwGQ3pSMUD6zZtDZYmXg — наш канал на Youtube.


Примечания

1. Во многих гомеопатических препаратах молекул действующих веществ нет вообще, но Алекса использовала препарат «Траумель», в котором микроскопические дозы разных экзотических субстанций всё же присутствуют. В огромной дозе, возможно, препарат бы даже повлиял на показатели её анализа крови, хотя едва ли отразился бы на самочувствии.

2. Ася ошиблась — британского.

3. На самом деле RPE65.

4. От массы протона (на самом деле 1/1836).