О мифе порчи языка. Часть 2. Словечки «с площади»


О мифе порчи языка. Продолжение
 — «…В чертах у Ольги жизни нет.
Точь-в-точь в Вандиковой Мадоне:
Кругла, красна лицом она,
Как эта глупая луна
На этом глупом небосклоне».
Владимир сухо отвечал
(Иллюстрация — сцена из оперы «Евгений Онегин» в постановке театра оперы и балета им. Мусы Джалиля).

Нет «более лучшей» иллюстрации к тому, что языковые изменения происходят всегда, а не свидетельствуют о надвигающемся апокалипсисе, чем старинные жалобы на порчу языка. Так похожие на современные.

В 30-е годы XIX века, аккурат перед расцветом русского романа, русский язык тоже, как мы помним, портился и погибал. И портили его не только иностранные слова — стиль, цивилизация, серьёзный, факт, наивно, — но и так называемые «площадные». По-нашему — «уличные». Слишком неформальные, вульгарные, нелитературные, некультурные. Сегодня — об этой стихии как источнике пополнения словарного фонда. Зачем она нам?

«Монтана» как архаизм

Во-первых, очевидна неутолимая потребность выразиться свежо, нестандартно, забавно (а порой и саркастично). И это свежее и нестандартное рекрутируется из всевозможных источников, в том числе — с «площади», сейчас — виртуальной. На наших глазах в последние десятилетия возникли словечки пересечься (в смысле «встретиться»), тормозить («плохо соображать»), зависнуть («задержаться», «задуматься»), а в самые последние годы — развидеть и печалька, не уметь в логику и быть ни о чём и так далее. (далее…)

На берестяной грамоте найдено новое древнерусское слово


Новгородская берестяная грамота № 1082
Новгородская берестяная грамота № 1082.

22 июня на Троицком раскопе в Новгороде найдена берестяная грамота с ранее неизвестным современным учёным древнерусским словом.

В слое первой половины XIV века на Троицком-XVI раскопе в Людином конце средневекового города, в слое первой половины XIV века, найдена довольно большая берестяная грамота, которой был присвоен номер 1082. Грамота содержит всего одну строку: «УОВ ОРТИМИЕ УО ПОСАКА ТРИ БЕРЕКОВЕСЕКЕ». Учёные предполагают, что это запись о долге или оброке: «Берковец» (в грамоте — «ТРИ БЕРЕКОВЕСЕКЕ») — распространённая в то время мера веса зерна или мёда, равная 10 пудам.

Что конкретно имел в виду автор грамоты, остаётся непонятным. Тем более что в ней встречается слово, с которым историки языка ранее не встречались: «ПОСАК». Академик Андрей Зализняк — на основе псковских и тверских говоров — предположил, что оно означает «вор», «мошенник».

Андрей Зализняк об истории русского языка



(далее…)