Три документалки про антропогенез

+7 926 604 54 63 address
 Несмотря на название, обезьян в фильме «Planet of the Apemen: Battle for Earth» нет.
Несмотря на название, обезьян в фильме «Planet of the Apemen: Battle for Earth» нет.

Сегодня я снова примеряю на себя роль кинокритика, только на этот раз смотреть мы будем документалки — научно-популярное кино об эволюции человека. В прошлый раз я писал о том, что глупо использовать художественный фильм в качестве учебного пособия на историческую, да и на любую иную тему. Ну а «документалки»-то можно? Давайте разбираться.

Я выбрал 3 наиболее пафосных, высокобюджетных фильма — два производства BBC и один совместный франко-итало-канадский. Как минимум два из выбранных сериалов демонстрировались в нашей стране по федеральным каналам, правда, в чудовищном переводе.

Планета первобытных людей. Битва за Землю

Двухсерийный фильм «Planet of the Apemen: Battle for Earth» вышел на BBC в 2011 году. Хотя в названии фигурируют «обезьянолюди» — apemen, по сути, в обеих сериях речь идёт о противостоянии разных видов людей (безо всяких обезьян).

«В этом фильме, опирающемся на последние данные науки, мы расскажем об отношениях между двумя разными видами людей после извержения Тобы» — говорится в аннотации к первой серии. В этой части дело происходит где-то в Индии 74 тысячи лет назад. Здесь, вскоре после чудовищного извержения вулкана Тоба на Суматре (в 3 тыс. км от Индии), в условиях экологической катастрофы, выживает горстка сапиенсов — потомков тех, кто переселился сюда «около 100 тысяч лет назад». Вода отравлена ядовитыми осадками; множество животных и растений погибло. Вокруг пустыня.

Вот они, древние сапиенсы.
Вот они, древние сапиенсы.

Вдобавок, здесь шастают ужасные Homo erectus — того и гляди, сожрут. С одним из сапиенсов — отцом семейства — эта напасть в итоге и приключается. Женщина и подросток продолжают свой путь, преследуемые ужасными каннибалами. К ним присоединяется пожилая дама, и вместе они, обдурив недалёких эректусов, перенеся песчаную бурю и перейдя пустыню, выходят к берегу моря. Последний эректус тоже добредает до океана, но — падает замертво. Занавес.

Хана последнему эректусу.
Хана последнему эректусу.

Вторая серия — примерно такая же коллизия, но на этот раз борьба происходит между сапиенсами и неандертальцами на юге Франции, 32 тысячи лет назад. Кроманьонцы бегают за дичью и неудачно охотятся, потом парочка (брат и сестра) зачем-то лезут в лес и напарываются на неандертальцев. Лишь только завидев сапиенсов, злобные неандертальцы начинают драться и гоняться за ними.

Это кроманьонцы! Убейте их!
Это кроманьонцы! Убейте их!

Дальнейшие разборки между видами прерываются примирительной сценой, в которой неандерталец спасает кроманьонку от пещерного льва. Это не мешает кроманьонцам далее порешить всё неандертальское племя, несмотря на вялые протесты спасённой девушки. Раненому неандертальцу, правда, девушка помогает уйти.

Постановочные сцены разбавлены демонстрацией скелетов, мастер-классами по метанию копий в тушу свиньи и комментариями учёных — антропологов, палеоклиматологов, археологов — причём весьма известных, таких как Майкл Петраглия (Michael Petraglia) (Оксфорд).

Решение неандертальского вопроса.
Решение неандертальского вопроса.
Решение неандертальского вопроса.
Ещё одно решение неандертальского вопроса.
Решение неандертальского вопроса.
И ещё одно.

Доисторический бэкграунд

Начнём сразу с главного: насколько правдоподобны показанные в фильме ситуации.

Встреча Homo erectus и сапиенсов в Индии 74 тысячи лет назад — могла ли она состояться? Придётся разочаровать уважаемых читателей: ни останков сапиенсов, ни костей Homo erectus в Индии этого периода нет. Единственная находка эректуса — череп и ключица из Нармады в центральной Индии. Ей более 200 тысяч лет. Кстати, судя по размерам ключицы, это должен быть человек пигмейского роста. Сапиенсы же в Индии известны только гораздо с эпохи верхнего палеолита (т.е. не раньше 40 тысяч лет назад).

На что же ссылаются в фильме? На находки археологов. Закадровый голос сообщает, что «в Индии под слоем пепла Тобы обнаружены каменные орудия труда, изготовленные сапиенсами. Среди них попадаются и другие, созданные эректусами». Однако если честно, у нас есть орудия, но нет человеческих костей. Открытие денисовского человека на Алтае и «хоббитов» на Флоресе лишний раз подтвердило, что идентифицировать создателя орудий, если у  нас нет его костей  — рискованное дело.

В Индии действительно есть несколько памятников с культурными слоями под и над пеплом вулкана Тоба. Найдены орудия, похожие на африканский «средний каменный век». Но кто их изготовил? Африканские сапиенсы? Это надо доказывать, вообще-то.

А откуда в Индии эректусы 74 тысячи лет назад, если в эту эпоху их уже нет нигде в Евразии? Все эти вопросы остаются за скобками фильма.

Как же не было эректусов в Индии? А это кто тогда? Шах и мат!
Как же не было эректусов в Индии? А это кто тогда? Шах и мат!

Сюжет второй части более правдоподобен. Теоретически, неандертальцы и сапиенсы могли встречаться на юге Франции. Жаль, что практически весь спектр взаимодействий между разными видами людей в фильме можно выразить  короткой фразой: кто кого завалит. А как же культурный обмен? И где смешение между видами? Где любовь? Странно, что режиссёр избежал соблазна обыграть этот мотив.

Эй, погоди! Давай культурно обменяемся!
Эй, погоди! Давай культурно обменяемся!

Внешний вид и повадки

С кроманьонцами авторы фильма решили не мудрить. Их в обеих сериях играют обычные негры (Ну а как же, из Африки же!). Понятно, что настоящих кроманьонцев сейчас не найти, но нельзя быть настолько антропологически неграмотным! Показательно, что, говоря о кроманьонцах, консультант фильма размахивает черепом Кроманьон 1, который, вообще-то, ни разу не негроидный (достаточно посмотреть на его классическую реконструкцию). Хочется в который раз взгрустнуть об умершем в западной антропологии расоведении и повторить прописную истину: тёмная кожа не делает человека негром.

Вот они какие, афро-кроманьонцы.
Вот они какие, афро-кроманьонцы.

Кроманьонцы первой части похожи на современных бушменов. Герои второй серии одеты со вкусом: у мужчин эдакие брючки, у женщин — элегантные платьица из кожи. Экстравагантные причёски, лёгкая небритость у парней. Ни дать, ни взять — персонажи молодёжного боевика.

По сюжету, у героев постоянные перебои с едой… Но они не выглядят измождёнными. Вообще-то они в отличной спортивной форме.

Месье, я не ел три дня. И мой абонемент в фитнес-клуб закончился.
Месье, я не ел три дня. И мой абонемент в фитнес-клуб закончился.

Но главное — их поведение. Нас хотят убедить, что 32 тысячи лет назад люди так же трогательно обнимались, хлопали друг друга по плечу, перешучивались, целовали фигурку-талисман… говорили по-английски, Карл!

Не по-кроманьонски, бро!
Не по-кроманьонски, бро!

Эректусов загримировали — у них нависающее надбровье и выступающие челюсти. Для приличия — кожаная набедренная повязочка. И даже какая-то обувь.

Ты кого назвал эректусом?
Ты кого назвал эректусом?

Если честно, я поражён антропологическим вольностям авторов фильма. Рассказывая об отличиях Homo erectus, нам демонстрируют черепа. Какие? То кенийский череп KNM-ER 3733 (возрастом 1,65 млн лет. Это кстати не эректус, а эргастер), то OH9 (ему 1,4 млн лет). А в следующем эпизоде в кадре уже череп из Кабве (300 тысяч лет, Южная Африка. Вообще-то этот череп относят к гейдельбергскому человеку). Да, зритель это съест. Но ведь речь о каких-то гоминидах, живших в Индии 74 тысячи лет назад! Ну покажите череп Нармада, он хотя бы индийский! Не нашлось денег на муляж?

В кадре OH9 (1,4 млн. лет) и Кроманьон 1 (30 тыс. лет).
В кадре OH9 (1,4 млн. лет) и Кроманьон 1 (30 тыс. лет).

Неандертальцы во 2-й части — белокожи, длинноволосы и носаты. Присутствует боевая раскраска (закадровый голос поясняет: это для маскировки, ведь белого лучше видно…). В кадре мелькает курносый неандертальский ребёночек. Его решили не гримировать вообще — и так сойдёт.

Бледное неандертальское дитя.
Бледное неандертальское дитя.

Материальная и духовная культура

В обеих сериях акцент сделан на превосходстве сапиенсов над другими видами людей как в материальном, так и в «духовном» аспектах.
Пример такого преимущества: по мысли авторов, кроманьонцы могли метать копья, а ни неандертальцы, ни тем более эректусы — нет. Идея о том, что неандерталец мог лишь бить копьём, но не бросать его, действительно высказывалась антропологами. Этим часто объясняют большое количество травм на неандертальских скелетах: издержки охоты «в полный контакт» на крупную добычу, к которой надо было подбежать, чтобы нанести удар. Характер повреждений на неандертальских костях известный антрополог Эрик Тринкаус (Erik Trinkaus) назвал «комплексом участника родео». Фраза про родео звучит и в фильме… И трактуется, что называется, в лоб: в сцене охоты на лошадь в какой-то момент неандерталец оказывается прямо «на коне», как заправский ковбой. В следующую секунду бедный наездник, сброшенный лошадкой, летит в пропасть.

Те же доводы звучат  относительно эректусов: не мог эректус бросить копьё, так как «его плечевые суставы были недостаточно подвижны. У эректусов ладони обращены вперёд, а не к телу как у нас». Остаётся гадать, откуда авторы фильма это взяли. Для справки: ни одной лопатки Homo erectus до сих пор не найдено. Если же речь о предках эректусов — Homo ergaster (авторы, похоже, их не различают), то вывернутые ладони всё равно остаются загадкой — с плечевыми суставами у эргастеров всё было Ok…

Сейчас проверим, чьё копьё круче!
Сейчас проверим, чьё копьё круче!

Вообще, эректусы в фильме представлены полными дебилами, что вместе с маниакальным желанием «поймать негритёнка» делает их похожими на зомби из фильмов Джорджа Ромеро. Кроме нечленораздельных выкриков, которыми обмениваются эректусы, мы не видим никаких проблесков интеллекта. И фантазии-то у них не было, и предвидеть действия других людей они не умели. Это даже не шимпанзе, а какие-то велоцирапторы. Поэтому сапиенсы легко облапошивают тупых питекантропов, запутав следы. А в решающий момент преследования кроманьонка бросает эректусам сосуд с водой — и те, мгновенно забыв о погоне, начинают драться за воду.

Неандертальцы чуть более человечны и даже, оказывается, способны на сострадание. Кроманьонцы же в обеих сериях ведут себя как ваши соседи по этажу. Это не дети своей эпохи, а какие-то «попаданцы».

Я забыла скайп своего косметолога.
Я забыла скайп своего косметолога.

Удачные находки

Самые интересные эпизоды фильма — по-моему, те, в которых показано действие орудий — копий, которыми специалист бьёт тушу животного. Кроме того, по ходу фильма мы узнаём ряд любопытных сведений об анатомии древних людей. Если бы это было сделано без нелепых ошибок — было бы совсем здорово.

Копьё хорошее, свинью насквозь!
Копьё хорошее, свинью насквозь!

Общее впечатление

Я не знаю, чего не хватило авторам фильма. И консультанты, вроде бы, у них приличные, и технические возможности, надо полагать, имеются. А в целом — получилось на три с минусом…
Ну что это за кроманьонцы? Да у них на лбу колледж написан! Сравните с тем, как кроманьонцев показали в «Борьбе за огонь» 1981 года. Вот там — чувствуется работа антропологов, лингвистов, этнографов! Колорит во всём — во внешнем виде, в речи, в том, как они движутся. А тут — какой-то студенческий капустник. Куча обидных ляпов и несуразностей (включая, вообще-то, весь сюжет первой части) лично мне не позволила получить удовольствие от просмотра.

Кроманьонцы из «Борьбы за огонь» (1981). Почувствуйте разницу.
Кроманьонцы из «Борьбы за огонь» (1981).
Кроманьонцы из «Борьбы за огонь» (1981). Почувствуйте разницу.
Почувствуйте разницу.

Прогулки с пещерным человеком

Четырёхсерийный фильм Walking with Cavemen, вышедший в 2003 г., является логическим продолжением знаменитых «Прогулок с динозаврами» и «Прогулок с чудовищами». Но в отличие от компьютерных динозавриков, гоминиды в «Прогулках» — загримированные актёры. Остальные ископаемые животные, правда, нарисованы на компьютере.

Текст читает и фактически гуляет с нашими предками известный учёный Роберт Уинстон (Robert Maurice Lipson Winston).
Похвально, что на сайте BBC опубликовано описание каждой серии с «научными комментариями».

Рассказывает Роберт Уинстон.
Рассказывает Роберт Уинстон.

4 эпизода фильма повествуют о разных этапах эволюции наших предков:

  • 3,5 млн лет назад. Нам показывают быт сообщества афарских австралопитеков. Забияки выясняют отношения; борьба разворачивается вокруг Люси, пытающейся спасти своего детёныша. В итоге Люси подворачивается под руку дерущимся самцам и гибнет. Выжившего детёныша заботливо уносит старшая дочь Люси. «Такое поведение мы склонны называть человеческим»… Рассказ прерывается экскурсией ещё на несколько миллионов лет в прошлое — к истокам прямохождения.
Люси умерла, но дело её живёт!
Люси умерла, но дело её живёт!
  • 2 млн лет назад. Парантропы и хабилисы пытаются — каждый вид как может — выжить в условиях меняющегося климата восточной Африки. Мы видим первые орудия и падаль — источник калорий для древних людей. В одном из кадров появляется третий вид гоминид — человек рудольфский. Угадайте, кто победит в эволюционной гонке?
Банда хабилисов.
Банда хабилисов.
  • 1,5 млн лет назад длинноногие эргастеры гоняются за антилопой в Южной Африке. Чуть позже их потомки — Homo erectus — охотятся в бамбуковых зарослях и убегают от гигантопитека. Покорение огня. «Огонь поможет им стать нами»…
  • 500 тыс. лет назад, в Южной Англии три брата — гейдельбергских человека лупят копьями ископаемого оленя Megaloceros, а затем бросают своего мёртвого товарища там, где смерть настигла его — поскольку «эти люди видят только то, что их окружает».
Гейдельбергские люди на привале.
Гейдельбергские люди на привале.

Спустя 350 тысяч лет неандертальцы решают проблему пропитания среди снегов. Добывают сначала зайца, а потом и мамонта. Затем мы оказываемся в Южной Африке, 140 тысяч лет назад сапиенсы на грани исчезновения. Выживут самые находчивые. Ещё через 100 тысяч лет кроманьонцы в Европе рисуют на стенах пещер. Выжить им помогло воображение. «А это конец нашей истории» — говорит Роберт Уинстон, прижимая к груди новорождённого негритёночка.

Здравствуй, сынок!
Здравствуй, сынок!

Доисторический бэкграунд

К сюжетным линиям фильма на удивление мало претензий. Авторы постарались не уходить в фантазиях слишком далеко. В комментариях к фильму они честно признаются, что в качестве модели сообщества австралопитеков взяли современных шимпанзе. Что ж, это разумно.

Афарские австралопитеки.
Афарские австралопитеки.
Афарские австралопитеки во всей красе.
Афарские австралопитеки во всей красе.

Парантропы действительно могли встречаться с хабилисами; и рудольфенсисы, теоретически, могли бегать где-то неподалёку (хотя многие исследователи считает их более древними, чем человек умелый). Эргастеры, вероятно, охотились на антилоп, а эректусы могли на юго-востоке налететь в лесу на гигантопитека. И гейдельбергские люди в Англии, и их потомки — неандертальцы и африканские сапиенсы — все на своих местах.

Внешний вид и повадки

Гримёрам-костюмерам удалось создать очень симпатичных лохматых австралопитеков с выразительными лицами (мордами?). Единственный изъян — пропорции: они человеческие. Ноги у актёров длинны, и с этим ничего не поделаешь. Бегают они шустровато для австралопитеков — хотя, конечно, способности афарцев к бегу нам неизвестны. Актёров, похоже, тренировали изображать шимпанзе: они лупят руками по земле и визжат, как полагается человекообразным обезьянам.

Как живые!
Как живые!
Добрые глаза Люси.
Добрые глаза Люси.

От парантропов я ожидал бо́льшей массивности. На размеры челюстей киношники как-то поскупились.

Парантроп: не шутите со мной! Я веган!
Парантроп: не шутите со мной! Я веган!

Хабилисы в фильме — суетливые орки, носящиеся по саванне в постоянных поисках: что бы сгрызть. В одной из забавных сцен хабилисы налетают на джип, и тут мы видим, какие они мелкие: чуть выше колеса. Порадовал и эпизод, где хабилис шарится в сумке зазевавшегося рассказчика — Уинстона.

За этими хабилисами нужен глаз да глаз!
За этими хабилисами нужен глаз да глаз!
За этими хабилисами нужен глаз да глаз!
За этими хабилисами нужен глаз да глаз!

Про рудольфенсисов в фильме говорится мало, и остаётся непонятным: а чем, собственно, они отличаются от хабилисов? В фильме они более темнокожие. И всё? Если они так похожи, то как уживались в одной и той же области Африки?

Прагматичный хабилис.
Прагматичный хабилис.
Циничный рудольфенсис.
Циничный рудольфенсис.

Эргастеры — гладкокожи и длинноноги. Гримёры как следует поработали над их лицами и причёсками. И — никаких целомудренных трусов. Да здравствует доисторическая правда!
Особенно колоритен пожилой вожак, который постоянно держит во рту клык крокодила — видимо, талисман или символ власти.
Смущает цвет кожи эргастеров — она грязноватая, но довольно светлая. В Африке? Странно.

Эргастеры без купюр.
Эргастеры без купюр.

В таком же духе представлены эректусы Азии. Их стратегия «ем всё, что движется»: вот вам вкусные личиночки, а вот и паучок-птицеед на закуску.

Сегодня у эректусов удачный день.
Сегодня у эректусов удачный день.

Гигантопитек слишком уж огромен — натуральный Кинг-Конг, и рожей смахивает на гориллу, хотя по идее, орангутаньего у него должно быть больше.

Гигантопитек. До Кинг-Конга оставался 1 миллион лет.
Гигантопитек. До Кинг-Конга оставался 1 миллион лет.

Если честно, мне показалось, что неандертальцы отличаются от гейдельбергских людей только костюмом: Homo heidelbergensis голенькие, а неандертальцы наряжены в некое подобие штанов и в меховые «сапожки». Кстати, про обувь неандертальцев нам ничего не известно. Была ли она? Единственный известный науке отпечаток ноги неандертальца — босой.

Неандерталка.
Неандерталка.

Ну, а что же южноафриканские сапиенсы? Увы, авторы снова идут по накатанной дороге стереотипов. Мы видим типичных бушменов — уплощённые лица, слабо выступающий нос, слегка раскосые глаза. Да, согласно генетикам, бушмены (койсаны) раньше всех отделились от общего эволюционного ствола Homo sapiens. Но значит ли, что за 140 тысяч лет эти люди не изменились? Древнейшие африканские находки, относимые к сапиенсам, совсем не похожи на бушменов.

И снова афро-кроманьонка.
И снова афро-кроманьонка.

Материальная и духовная культура

Авторы фильма постарались показать нам — от серии к серии — прогресс как технический, так и интеллектуальный. Мы видим первые камни в руках хабилисов. Наблюдаем, как эргастеры преследуют раненую антилопу, которую не решаются убить, пока она сама не свалится без сил. Гейдельбергский человек мечет копьё — заострённую палку.

Хабилис добывает костный мозг.
Хабилис добывает костный мозг.
Эргастеры выслеживают антилопу.
Эргастеры выслеживают антилопу.
Гейдельбергцы против оленя.
Гейдельбергцы против оленя.

Наконец, на копьях неандертальцев появляются каменные наконечники. Кроме того, в фильме представлен оригинальный (и сомнительный…) способ охоты на мамонта: когда группа мамонтов «случайно» проходит через ущелье в нужном месте, на отставшего мамонта скидывают огромный валун. А вот изобретательные сапиенсы прячут воду в сосуде из скорлупы страусиного яйца. По мнению рассказчика, это иллюстрация того, что было недоступно предкам сапиенсов — воображения. С таким утверждением можно поспорить! Как неандертальцы догадались совместить каменный наконечник и палку, при отсутствии воображения?

Неандертальцы с копьями.
Неандертальцы с копьями.
Такого удара мамонт не вынес.
Такого удара мамонт не вынес.

Параллельно через весь фильм проходит линия восхождения по «духовной лестнице». Показана забота о ближнем у австралопитеков. Появление «моногамных пар», речи и зачатков символического поведения у эргастеров. Гейдельбергские люди пытаются вылечить раненого товарища с помощью трав. Но тут же бросают его тело, стоило собрату испустить дух — так как они «не могут представить себе загробный мир». Неандертальцы смеются над подавившимся товарищем — появилось чувство юмора! В финале кроманьонец рисует пёрышком на стене пещеры — рождается настоящее искусство.

Неприкаянная душа гейдельбергского человека покидает тело.
Неприкаянная душа гейдельбергского человека покидает тело.
Не мешайте кроманьонцу! Он рисует!
Не мешайте кроманьонцу!
Не мешайте кроманьонцу! Он рисует!
Он рисует!

Как мне кажется, основная идея, которую иллюстрируют перипетии фильма — в том, что воображение было главным фактором, ведущим наших предков к вершинам эволюции.

В монологе рассказчика звучат временами «поршневские» нотки: мол, за миллион лет орудия эректусов ничуть не изменились — это всё те же каменные топоры! А современный человек менее чем за 100 лет освоил воздушное пространство, перешёл от телеграмм в СМС и т. д. Всё потому, заключает ведущий, что «наши предки делали топоры так же, как птицы строили свои гнёзда». (Эх, жаль, что не слышит Борис Федорович) — «Даже трудно представить столь ограниченный интеллект!». Мне кажется, бушмены, охотившиеся на антилоп в 20-м веке так же, как 40 тысяч лет назад, огорчились бы, посмотрев этот фильм.

Удачные находки

Авторы фильма постарались придать своему детищу антураж классического научпопа «про зверушек». Поэтому рассказчик ездит по саванне на джипе, подсматривает за неандертальцами в пещере, парит на воздушном шаре над южноафриканским побережьем, сидит на дереве по соседству с Люси и даже сюсюкает с маленьким кроманьонцем.

Уинстон и Люси. Уинстон справа.
Уинстон и Люси. Уинстон справа.

Общее впечатление

Отдельные замечания есть, но в целом — плюсую! Добротное красивое кино, и даже много не наврали. За это — большое человеческое спасибо.

Одиссея первобытного человека

L’odyssée de l’espèce 2003, Франция, Канада, Италия, Швейцария, Бельгия

Международный коллектив авторов подготовил эту масштабную трёхсерийную эпопею. В аннотации говорится, что фильм «как волшебное путешествие сквозь время, шаг за шагом по цепи событий предоставит уникальную возможность зрителю увидеть процесс формирования интеллекта нашей цивилизации». Сценарий писал сам Ив Коппенс (фр. Yves Coppens), один из первооткрывателей Люси, он же появляется во многих сценах.

Итак, 3 серии, канва которых во многом аналогична предыдущему сериалу.

Первая серия: становление прямохождения. Нам показывают ранних гоминид — оррорина и сахелантропа, находящихся непосредственно в процессе «слезания» с деревьев. Известные учёные — в том числе Сеню (фр. Brigitte Senut) и Пикфорд (Martin Pickford), первооткрыватели оррорина — рассуждают о путях эволюции и о том, кто был прямым предком человека. Затем пролетает несколько миллионов лет, на сцене — Люси. Одинокая обезьянка встречает группу анамских австралопитеков и отправляется с ними странствовать, учится кушать мясо, но трагически гибнет при переправе через бурную реку.

Что случилось с Люси? Она утонула.
Что случилось с Люси? Она утонула.

Ещё один поворот колеса машины времени — мы в Танзании и наблюдаем, как хабилисы учатся пользоваться камешками, чтобы разрезать крокодилью шкуру, а затем осваивают технику изготовления деревянного копья.

Хабилис осваивает кремнёвые технологии.
Хабилис осваивает кремнёвые технологии.

В начале второй серии мы вновь встречаемся с хабилисами, которые продолжают шагать по пути прогресса: сооружают первую хижину, обучают молодых изготовлению орудий. Хабилисов сменяют Homo ergaster и Homo erectus, расселяющиеся по Евразии. Мы видим охоту, усложнение внутригрупповых и семейных отношений. Китайские учёные знакомят зрителей с историей раскопок в Чжоукоудяне (кит. 周口店).
Отдельный эпизод посвящён покорению огня — встреча случайности и находчивого человека, «он первым понял всё».

Покорение огня.
Покорение огня.

Затем выдающийся антрополог Анри де Люмле (фр. Henry de Lumley) говорит о раскопках в Араго (Франция) — здесь обитал «европейский Homo erectus», предшественник неандертальца.
Наконец в кадре появляется сам неандерталец. Перед зрителями разыгрывается драма, происходившая 250 тысяч лет назад — охота на пещерного медведя; политические интриги — покушение на вождя. Продолжение следует…

Неандерталец — узурпатор власти.
Неандерталец — узурпатор власти.

Третья серия продолжает рассказ о неандертальцах, с акцентом на их сложной культуре. Герои рассуждают о духах; мы видим похороны вождя; видим, как вступает во владение племенем узурпатор власти по кличке «Гордый» (сын вождя клянётся отомстить).
Затем, после рассказа о кроманьонцах, появившихся «где-то на Ближнем Востоке», мы переносимся в Европу 40 тысяч лет назад, где происходит встреча двух миров — неандертальцев и сапиенсов. Неандертальцы натыкаются на поселение кроманьонцев; уводят у них женщину, с которой один из них даже пытается строить отношения — но тщетно. Кроманьонка возвращается к своим. Неандертальцам суждено вымереть, а землю наследует Homo sapiens. Занавес.

Гордая кроманьонская принцесса.
Гордая кроманьонская принцесса.

Доисторический бэкграунд

В работе над фильмом участвовали очень известные учёные, поэтому стоило бы ожидать максимальной научной корректности. Увы, вопреки надеждам, в фильме звучит ряд, мягко говоря, спорных идей. Например, педалируемая Пикфордом мысль о происхождении людей от оррорина, «минуя австралопитеков». Первооткрывателя оррорина можно понять, но уместны ли в научно-популярном фильме залихватские фразы типа «традиционную гипотезу следует выкинуть в корзину»? Ещё более странно выглядит встреча Люси — афарского австралопитека — с австралопитеками анамскими, которые в фильме показаны продвинутыми прямоходящими мясоедами. В реальности всё полностью наоборот. Анамские австралопитеки, описанные не так давно и известные по небольшому количеству находок, были по многим признакам примитивней, чем афарцы, и вдобавок жили на несколько сотен тысяч лет раньше. Мясо, возможно, они иногда нюхали, однако важным источником калорий мясо стало эдак через 500 тысяч лет после Люси.

Анамцы за трапезой. Люси к столу не пригласили.
Анамцы за трапезой. Люси к столу не пригласили.
Люси, ты только не волнуйся. Я твой прадедушка, но по сюжету должен ухлёстывать за тобой.
Люси, ты только не волнуйся. Я твой прадедушка, но по сюжету должен ухлёстывать за тобой.

Первая серия собрала, пожалуй, самые грубые косяки в фильме, хотя спорные высказывания появляются и в других частях. Это и утверждение о возникновении сапиенсов на Ближнем Востоке (а как же африканские находки?), и сюжет с неандертальцами 250 тысяч лет назад (вообще-то для неандертальцев рановато…), и т. д. и т. п.. Ребята, так нельзя. Вам же верят миллионы зрителей.

Потерпи, сынок. До появления нашего вида ещё 100 тысяч лет.
Потерпи, сынок. До появления нашего вида ещё 100 тысяч лет.

Ещё один принципиальный «грех», который взяли на себя авторы фильма — они решили показать моменты возникновения инноваций, причём не только культурных, но и эволюционных. Для популярного кино схематизация и упрощение неизбежны, но всё имеет границы. Авторы недалеко ушли от представлений об обезьяне, рожающей человека. К сюжету о возникновении двуногости создатели фильма подошли максимально прямолинейно. Оррорины впервые слезают с дерева (А как они на него попали? Их принёс туда аист?) и ломятся через саванну к другой группе деревьев, виднеющейся вдали. Высокая трава мешает, один из гоминид неуверенно встаёт на задние лапы и ковыляет — «вот и всё! Он стал двуногим» — восклицает закадровый голос. Другие следуют примеру вожака. При этом хождение на двух ногах даётся им, ей-богу, хуже, чем нынешним шимпанзе.

Кокетливый оррорин.
Кокетливый оррорин.

Далее, в течение фильма мы видим рождение инноваций — первые орудия; деревянное копьё; сооружение хижины, укрощение огня и т. д. Антураж был бы уместен в какой-нибудь приключенческой книге конца 19 века. Всякий раз это смелый изобретатель, которого «вдруг» осеняет, и племя с энтузиазмом подхватывает родившееся нововведение. Новые орудия — будь то острый камень или копьё — герой непременно проверяет либо на себе, либо на подвернувшемся товарище. Видимо, другого способа понять, что острой палкой можно кого-нибудь покалечить, нет.

Хабилис разрезал руку. Инновации через боль.
Хабилис разрезал руку. Инновации через боль.
Дружище, это копьё. Сейчас я его на тебе испытаю.
Дружище, это копьё. Сейчас я его на тебе испытаю.

Внешний вид и повадки

Компьютерная графика, по идее, позволяет избежать ограничений и трудностей, связанных с маскировкой актёра-человека. Однако спустя 13 лет качество 3D-графики уже не впечатляет (сравните с «Планетой обезьян»), а стремление показать предков, «только-только» вставших на две ноги, привело к тому, что бедные сахелантропы, оррорины и даже австралопитеки, спотыкаясь, бредут на полусогнутых. У меня вновь возникли стойкие ассоциации не с нашими предками, а с Walking dead.

Улыбчивый сахелантроп.
Улыбчивый сахелантроп.
Анамцы встречают Люси.
Застенчивая Люси.

Начиная с ранних людей, компьютерных обезьян сменяют привычные актёры в костюмах — лохматые хабилисы, а затем гладкокожие эргастеры со страшными обезьяньими мордами. Неандертальцы выглядят стереотипно — носатые коренастые дядьки; для оригинальности на них надели головные уборы из шкур.
Кроманьонцы же во французской версии — просто европеоиды с боевой раскраской.

Хабилисы. До чего же они страшные.
Хабилисы. До чего же они страшные.
Жизнь потрепала этого эргастера.
Жизнь потрепала этого эргастера.
Кроманьонки на конкурсе мейкапа.
Кроманьонки на конкурсе мейкапа.

Материальная и духовная культура

Культура, по сюжету, начинается с анамских австралопитеков, использующих камни для разделки падали. Авторы сильно польстили анамцам. Хотя сейчас древнейшие орудия относятся к эпохе австралопитеков, про анамцев на этот счет нам ничего неизвестно.
Далее сюжет развивается от инновации к инновации: изготовление первого копья, покорение огня и строительство первой хижины (Ещё одно сомнительное дело! Достоверные жилища появляются более миллиона лет спустя). Усложнение орудий… Первые «школы», где старшие учат молодых.

Жилище хабилисов.
Жилище хабилисов.
Старый эректус учит молодого.
Старый эректус учит молодого.

А что с духовным миром? Гибель Люси проходит для других австралопитеков незамеченной — «образ маленькой самки на мгновение задержался у него в голове и пропал». В аналогичной ситуации — крокодил утащил женщину-эргастера — мужчина плачет. Человек впервые задумался о смерти!

Эргастер в печали.
Эргастер в печали.

Тема получает развитие в показе похорон неандертальца — вместе с покойником в могилу «кладут дары для другой жизни» (Ещё одна вольность авторов! Не клали неандертальцы в могилы никаких даров). Действо комментирует закадровый голос от лица одного из героев: «А где он, тот свет? Древние говорят — там, за великой рекой». Наконец, пляски шамана в маске оленя, под звуки барабанов — похороны у кроманьонцев.
Затронута и тема искусства — и вот в кадре пресловутая «неандертальская флейта». Боже, да она огромная! (Единственная реальная находка, трактуемая как неандертальская флейта, 12 см в длину. Большинство археологов считают этот артефакт обычной костью, погрызенной гиеной).

ody22
Вот это флейтища!

Удачные находки

Мне кажется, что наиболее интересное в фильме — это уникальные кадры старой кинохроники. Находка черепа австралопитека в Южной Африке; раскопки в Араго, в Хадаре и Чжоукоудяне. Где бы посмотреть оригинал? Здорово, что в фильме выступили известные учёные, которые дают комментарии прямо «с места событий». «Могила расположена в метре над мой головой» — говорит Авраам Ронен (фр.Avraham Ronen), находящийся на дне раскопа пещеры Табун. Рассказ о современных методах раскопок иллюстрируется репортажем из знаменитой пещеры Сварткранс в Южной Африке.

Общее впечатление

Собственно, выше я всё сказал. И красиво, и высокобюджетно. Но зачем же столько отсебятины, друзья, это ведь научпоп, а не фэнтези! Кроме того, к сюжету некоторых сцен авторы подошли слишком прямолинейно: «Вот он встал и пошёл на двух! Смотрите, идёт!». По-моему, такой подход уместен в детском мультфильме, но в «документалке» ничего, кроме неверных стереотипов, не порождает.
Огорчает и упоминание спорных гипотез, которые, мне кажется, только запутывают зрителя.

Отдельной оценки заслуживает перевод на русский. Он фееричен! Увы, моё знание французского не позволяет сверить с оригиналом. «Теперь он уже не примат, а антропоид» — комментирует закадровый голос первые шаги оррорина на двух ногах (дикий фейспалм у всех зоологов). Бриджит Сеню держит в руках плечевую кость. «А вот этот обломок лопатки» — переводят нам. В следующем кадре эту же кость называют тазовой…

***

Чего не хватило во всех трёх эпопеях? Пожалуй, очень хотелось бы увидеть хоббитов — карликовых людей Флореса. Два фильма вышли ещё до их открытия, но «Битва за Землю» 2011 вполне могла себе позволить хоббитиану, и по сюжету ведь самое то — роковая встреча сапиенсов и маленьких лесных человечков… Может, авторы фильма готовят 3-ю часть? Правда, судя по первым двум сериям, хорошего не жди.

Подведу общий итог в виде таблички, где я оцениваю фильмы по 5-балльной шкале. Столбец 4 требует пояснения. «Документальные» фильмы о прошлом, как мне кажется, должны создавать у зрителя впечатление, что ты действительно свидетель реальных событий минувших эпох, а не костюмированных постановок. Понятно, что я зритель специфический. Признаю: здесь я ставил баллы сугубо субъективно, руководствуясь принципом «Верю! / Не верю!».

Фильм Внешний вид гоминид Соответствие современным научным данным Убедительность Общее впечатление
Планета первобытных людей. Битва за Землю 3 3 2 3
Прогулки с пещерным человеком 5 4 4 4
Одиссея первобытного человека 4 3 3 3

Заключение:

Как мы видим, к фильмам немало претензий. И тем не менее эти документалки — лучшее, что выходило на экраны на тему антропогенеза. Как говорится, не нравится? Сделай лучше! Что ж, может быть, когда-нибудь сделаем.

Так можно ли использовать подобное кино как источник достоверной информации, хотя бы «для расширения кругозора»? Жирный знак вопроса. Развлечь? Да. Пробудить интерес у подростков, подружить с новой областью знания? Да. Избавить от популярных заблуждений? Пожалуй, да. Вызвать сильные эмоции, побудить заняться наукой, может быть, посвятить ей жизнь? Конечно, да! А за достоверными сведениями, друзья, добро пожаловать на АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ.

.
Комментарии